Взгляд ястреба

Зейн выглядел таким же необузданным, как серый конь. Карли снова пожалела, что у нее нет с собой фотоаппарата.

Внезапно ей показалось, что наступила тишина. У нее замерло сердце, когда она увидела, что конь поднялся на дыбы, тяжело опустился на все четыре ноги и, упав на землю, принялся кататься, пытаясь раздавить седока.

Зейн ловко перекатился набок, стараясь не попасть под копыта коня. Это было страшное зрелище. Когда конь поднялся, Зейн снова сидел в седле.

Карли никогда не видела ничего подобного. Это не было состязанием, в котором победа присуждалась за восемь секунд, проведенных на спине дикой лошади.

Разъяренный жеребец рвался вперед, лягался и хрипел, но ковбой держался в седле. Наконец покрытый пеной, с тяжело вздымающимися боками конь остановился в центре загона, прядая ушами и обреченно повесив голову.

— Черт подери! Он сделал это! — восторженно закричал какой-то ковбой. — Никогда бы не поверил, что этого жеребца можно обуздать, но у него получилось! Ред, ты должен мне двадцать долларов.

Зейн сделал один круг по загону, и, когда он остановился, их взгляды встретились. Карли отвела глаза, глубоко потрясенная внезапно вспыхнувшим в ней желанием, которое обожгло ее, как жаркий ветер пустыни, и страстным томлением, которое отразилось в глубине его глаз. Она смутно сознавала, что ковбои слезают с ограды, смеясь, передают деньги друг другу и уходят, оставляя ее наедине с Зейном.

Медленно подняв глаза, Карли увидела, что он смотрит на нее с непроницаемым выражением лица.

— Вот это была скачка! — заметила она, не выдержав напряженного молчания.

— Вы могли погибнуть.

— Это входит в мою работу.

— Но ведь вам это нравится?

— Да, мэм, определенно нравится.

Зейн спрыгнул с коня, расседлал жеребца, положил седло на верхнюю перекладину ограды и, сняв недоуздок, повесил его на луку седла.

Наклонив голову, Зейн переступил через перекладины, и в его присутствии Карли почувствовала себя меньше ростом.

Его взгляд охватил всю ее фигуру, остановившись на лице, на губах. У Карли перехватило дыхание, и она замерла в ожидании. Казалось, он никак не может решиться, но затем, тихо выругавшись, он притянул ее к себе и поцеловал — решительно и быстро.

Карли задыхалась, когда Зейн отпустил ее.

В его глазах светилось чувство, которое она не смогла понять. Он круто повернулся и, широко шагая, пошел прочь.