Взгляд ястреба

Зейн доел свой сэндвич и взял второй. Он развернул его и, поднеся ко рту, посмотрел на Карли.

— Я еще не съела этот.

— Ну, женщина, ешь побыстрее! Я тебя опередил.

— Может быть, дать тебе половину моего сэндвича?

— Я бы хотел кое-чего другого.

Карли посмотрела на него, забыв о сэндвиче, который она держала в руке. Ей хотелось сказать «я тоже», но она потеряла дар речи.

Зейн потянулся к ней, но затем покачал головой. Какого черта он делает? Он свалял дурака, привезя ее сюда. Чем больше времени он проведет с Карли, тем сильнее будет скучать по ней, когда она уедет.

Каким бы сильным ни было его желание заняться с ней любовью, он знал, что не сможет отпустить ее, если это произойдет. Кроме сильного физического влечения, вспыхнувшего между ними, у них нет ничего общего. Она, вероятно, всего лишь стремится к легкому роману, забавляясь с наемным работником и наслаждаясь новизной ощущений от общения с коренным американцем. Несомненно, у нее найдется, что рассказать, когда она вернется в Лос-Анджелес. Зейн тихо хмыкнул. Совершенно непонятно, как можно жить в городе. В любом городе.

Аппетит у него пропал. Он положил сэндвич, к которому не притронулся, на одеяло, встал и отошел в сторону. Нахмурившись, Карли посмотрела ему вслед. Что произошло? Жаль, что ей не видно его лица! Тогда, возможно, она бы поняла, о чем он думает и что чувствует.

Прошло несколько минут. Зейн надел влажную рубашку, взял перчатки и засунул их в задний карман джинсов. Подтянув у лошадей подпруги и взяв их за повод, он направился к Карли.

Кивнув, она поднялась и отряхнула джинсы.

Зейн сунул мешок в чересседельную сумку и вскочил на лошадь. Вздохнув, Карли вскарабкалась на спину Квини.

Обратный путь показался им намного длиннее.

— Привет, подружка! — воскликнула Бренда, увидев Карли. — Как съездила?

Карли плюхнулась на стул и раздраженно вздохнула.

— Разве тебе не понравилось?

— И да, и нет. Сначала все шло хорошо, потом, совершенно внезапно, он просто… Я не поняла.

Бренда положила головку Джей Джея на свое плечо и стала легонько похлопывать малыша по спине.

Наклонившись, Карли погладила мягкую Щечку, удивившись нежности детской кожи. Будет ли когда-нибудь ребенок и у нее, смуглый черноволосый малыш… Тряхнув головой, она прогнала эту мысль.

— Наверное, я пойду и понежусь в горячей ванне. У меня все тело болит.

Не стоит упоминать о том, что самая сильная боль терзает ее сердце.

— Ты хочешь есть? Мы уже пообедали, но…

— Не беспокойся. Я перекушу потом.