Взгляд ястреба

— Карли, я уже спрашивал тебя, и сейчас опять задаю тебе этот вопрос. Что мы будем делать?

— Я же сказала тебе, что не знаю. Ты мне солгал.

— Ты должен был рассказать мне все то, что рассказал сегодня.

— Ты права. Я искренне сожалею об этом. Что еще тебе нужно?

Карли посмотрела на него поверх края чашки. Действительно, что еще ей нужно? Она ведет себя неразумно и знает это, но что же ей делать, если у нее нет уверенности в их чувствах? Они едва знакомы, а она так быстро и сильно полюбила его.

— Как долго ты можешь оставаться здесь?

— Я попросил отпуск на неделю.

— Где ты остановился?

— В небольшом мотеле недалеко отсюда. Я думал, что мы сможем проводить время вместе, когда ты придешь с работы, — сказал Зейн, пожав плечами. — Если ты хочешь.

— Когда ты уходишь с работы?

— Прекрасно. Я заеду за тобой завтра вечером, и мы где-нибудь поужинаем и, может быть, сходим в кино. Идет?

Вечером, готовясь к встрече с Зейном, Карли нервничала, как девочка-подросток, собирающаяся на первое свидание. Она три раза переодевалась, затем раздраженно тряхнула головой.

Бога ради, ведь это Зейн, а не какой-нибудь незнакомец. Но в их отношениях произошел какой-то сдвиг. Он не сказал, что любит ее, но его приезд о чем-то говорит.

Карли подкрасила губы и поправила прическу. Когда она надевала туфли, раздался звонок в дверь. Ей пришлось открыть дверь, держа одну туфлю в руке.

— Привет, — сказала она. Зейн охватил ее взглядом. На ней был голубой сарафан с узкими бретельками и на одной ноге — белая туфля.

— Здравствуй, Золушка!

Карли нахмурилась и посмотрела на туфлю, которую держала в руке.

— Очень смешно. Входи. Я почти готова.

Когда они вышли на улицу, Зейн открыл для нее дверцу машины и держал до тех пор, пока Карли не заняла свое место.

— Где бы ты хотела поужинать?

— Мне все равно. А ты что предпочитаешь? Итальянскую кухню? Мексиканскую? Суши?

— Суши? — Зейн поморщился. — Лучше мексиканскую.

— Чудесно. Я знаю одно место всего в нескольких кварталах отсюда.

Спустя десять минут они вошли в небольшой семейный ресторан.

Карли заказала кесадилью (пирог с сыром) и кока-колу, Зейн — такое, две энчиладас (пироги, сдобренные перцем) и пиво.

— Да. Я прихожу сюда довольно часто.

Он тихо хмыкнул, гадая, всех ли своих кавалеров она приводит в этот ресторан. От этой мысли у него во рту появился неприятный привкус.

После ужина они поехали на пляж и пошли вдоль берега.

— Прости меня, Карли, — пробормотал Зейн, беря ее за руку. — Я не хотел причинить тебе боль.