Взгляни на меня

Возможно, это ничего не значило, но Колин решил проверить по базе данных номер машины. В итоге он просто потратил время и деньги впустую. Машина, как и все остальные, принадлежала одному из местных домовладельцев.

В четверг Колин и Мария завтракали омлетом, овсянкой и фруктами. Мария сказала, что собирается пообедать с Джилл и Лесли, а потом заночевать у родителей.

– Они обо мне беспокоятся, – объяснила она, но Колин знал, что Мария просто не готова вернуться одна к себе домой.

– Я думаю, за Серену они тоже волнуются.

– Я сказала им, что последнее время ночую у нее. Мы с тобой не женаты, а у моих родителей старомодные взгляды. Ты, конечно, не терпишь лжи, но сейчас я не готова иметь дело с маминым недовольством.

– Я ничего не говорил.

– Знаю. Но я буквально читаю твои мысли: ты считаешь, что я должна быть откровенна с родителями.

– О’кей. От Марголиса нет вестей?

Мария покачала головой:

– Пока нет. Даже не знаю, хорошо это или плохо.

– Значит, плохо, – решила Мария. – Ну, Марголис не вселял особую уверенность своей готовностью взяться за дело.

Насколько я знаю, до сих пор он ничего не предпринял.

Колин кивнул – и мысленно признал, что думал так же. Впрочем, Мария вряд ли хотела это услышать, поэтому он сменил тему.

– Завтра знаменательный день.

– Ты ведь увольняешься.

– Ах да. – Мария улыбнулась: – Да, завтра, но ощущение странное, потому что я думаю об этом, только когда я с Джилл. Все как-то нереально. Месяц назад я даже представить не могла, что пойду работать в новую фирму.

– А что говорят твои родители?

– Мама радуется, а папа нервничает.

Он знает, как трудно начинать с нуля. А еще ему нравилось говорить знакомым, что я работаю в фирме «Мартенсон, Герцберг и Голдман».

– Пока что работаешь.

– Да, – сказала Мария и криво улыбнулась: – Пока что.

– Какое настроение в офисе?

– Трудно сказать. Все не так плохо, как неделю назад, но мрачно. Дела накапливаются, и я слышала, еще несколько человек подумывают об уходе. Слухов очень много. Вчера поговаривали, что фирма вот-вот удовлетворит истцов, но, вероятно, люди просто принимают желаемое за действительное.

Я почитала жалобы. Оказывается, Кен даже хуже, чем я думала.

– Ты когда-нибудь рассказывала о нем родителям?

– Никогда. Если бы отец узнал, он бы вышел из себя. Мексиканская кровь бывает такой же горячей, как твоя.

– Тогда, наверное, ты правильно сделала, что не сказала.

– Может быть. Но ты ведь тоже ничего не сделал.

– Насчет тебя папа еще сомневается. Из-за твоего прошлого.