Он протянул мне два листа бумаги, исписанные мелким каллиграфическим почерком. Дьяк попытался перехватить их, не отнимая рук от прикрытия причинного места, но просто клацнул зубами в пустоте. Я даже не стал читать, что он там накарякал (потом без спешки посмотрю), а лишь кивком головы поблагодарив польского чёрта, спросил:
– Теперь к делу. Чем мы можем быть вам полезны?
– Вопрос щепетильный, – на секунду замялся он. – Можете убить мою бабушку?
– Митя, возьми лопату.
– Я имел в виду, после того как она вам всё расскажет!
– Митя, бей.
– Со всем моим удовольствием!"
"Один широкий взмах лопатой, чёрт мигом пригнулся, а не успевший увернуться Филимон Митрофанович, картинно сверкая ляжками, отлетел в угол. Описывать ту развратную позу, в которой он замер, у меня рука не поднимается и тошнота к горлу подкатывает. Уж, простите, не буду, бэ-э…
– Мир. Дружба. Переговоры, – поднял руки вверх пан Смолюх. – Чего сразу драться? Вы, русские, такие горячие, аж жуть! Учитесь терпимости у культурной Европы. По-вашему, это значит: бейте в конце разговора, а не после первых трёх слов.
– Гражданин Смолюх, вы только что склоняли сотрудников милиции к противоправным действиям, то есть убийству гражданина суверенного государства. Это нормально, по-вашему?
– Так я ж чёрт!
– И что, вас перекрестить для конструктивного диалога?!
– Нет, нет, нет! Обойдёмся без взаимных угроз. В конце концов, мы же цивилизованные люди. Ну, не все люди и не все цивилизованные…
– Присаживайтесь, – пригласил я.
Смолюх удовлетворённо сбросил рясу, штаны и ермолку на причудливо лежащего дьяка и пересел к нам за стол.
Разговор начал как-то завязываться в более внятном ключе.
– Я своё слово держу. Вот хоть хвост вам даю, рубите на пятаки русские, как селянка краковскую колбасу, если совру!
– По рукам, – скрепя сердце согласились мы.
– За то и выпьем!
– Даже не думай, – жёстко предупредил я, когда Митяй резко метнулся за стопками. – Поговорим на трезвую голову. Вы дали нам определённые надежды или даже гарантии. Но мы до сих пор не знаем, чем именно должны расплатиться за ваши услуги?
– Так я вроде тонко намекнул…
– Ещё раз, если вы вдруг не поняли, мы – милиция.
Не группа террористов, не наёмники, не ассасины, мы никого не убиваем.
– Та кого там убивать, зажившуюся и зажравшуюся старуху? – брезгливо поморщился польский чёрт, барабаня когтями по столу. – Один удар лопатой вашего холопа, и…
Я не успел остановить кулак нашего младшего сотрудника. Да и, честно говоря, не очень старался.
