Взрослые и дети. #Многобукв

И, возможно, еще три поколения спустя будут обсуждать – это он нам хорошо сделал или плохо?

Наконец, бывает, как в истории с Сенченко, что группа ошибается и выталкивает в лидеры человека, у которого были совсем другие планы на жизнь. И он, вместо того, чтобы идти и умирать за нее, вдруг оборачивается с недоумением и спрашивает: «Ребята, вы чего?». А высланному ему навстречу Челубею заявляет: «Парень, извини, я здесь как-то внезапно оказался и в таком формате с тобой общаться не планировал».

Ну, тут ему мало не покажется: на него уже навешали проекций, его уже затащили без его ведома на высокий пьедестал, и теперь будут валить с него больно и безжалостно.

«Вот же сволочь, а!», «не человек, а дерьмо», «трус несчастный», «тьфу, плюнуть и растереть» – волна разочарования и оскорблений пронеслась так же быстро и мощно, как и первая, восторженная.

В этот момент начинается уже динамика внутри группы «своих». Кто-то проницательный предполагает: «А может, это он не всерьез? Может, это все фейк?».

Еще более проницательный идет дальше: «А может, это с самого начала было провокацией? Кому это выгодно, давайте спросим себя?». Кто-то жалостливый говорит: «Наверно, его связали и заставили, угрожали семье». Кто-то склонный рационализировать уже произносит привычное: «И вот всегда у нас так». Дальше следуют философские и исторические реминисценции с цитатами из Платона и Хайдеггера. Потом приходят ответственные и спрашивают: «А чего это он должен там один стоять? Давайте встанем дружно рядом. » Ну, не совсем прям рядом, а подопрем его со спины, чтобы он не мог убежать… то есть, мы хотели сказать, чтоб он мог не сдаваться.

Одновременно боевые пасы в его сторону делает Челубей – он-то на работе, ему нужно миссию выполнить. Его капитализация от этого зависит, в конце концов.

И счастье, если у человека есть в такой момент друзья, которые приезжают в два часа ночи, потому что «хотят побыть рядом».

Мне всегда в подобных случаях вот эти строчки Гребенщикова вспоминаются:

Только вот, похоже, в данном случае герой вежливо отклонил предложение нацепить желтую майку лидера (с нарисованной на ней мишенью), поскольку вовсе не был уверен, что его «верный путь» – посвятить свою жизнь борьбе с Кадыровым.

И думаю, был прав.

Ситуация, конечно, мерзкая. Всем же понятно, что режим себе растил, растил опричников, и вырастил. Хотя с цепи пока спускал редко, но и мы поводов практически не давали.