Бортпроводницы вначале пытались ему помешать, мотивируя это тем, что ставки – это не этично, но потом сдались и помогли раздать карандаши и бумагу.
- Я гений! – радовался как ребёнок Асбаб, сгребая мелочь, которую в качестве ставок накидали на поднос игроки. – Ну что, кто будет участвовать в следующем круге, а?"
"Мацу приоткрыл глаза и несколько раз моргнул - не сразу сообразив, где находится. Потом он вспомнил: он вместе с господином Мэкиеном, Асбабом и Бэтси сейчас летит в Токио. Они всё-таки – коллективными усилиями – заставили его ввязаться в эту авантюру.
Именно авантюру, потому что никак по-другому это назвать было нельзя! Ведь Мацу прекрасно знает, что ему не стоит там появляться. Во-первых, у него практика, планы и всё такое прочее и он не любит светского образа жизни. Во-вторых, в Токио сейчас невероятная толкотня во время двухнедельного политического съезда, что удобства и комфорта никак не прибавляет. В-третьих, пять лет назад он дал себе слово, что ни при каких обстоятельствах не захочет оказаться рядом с тем человеком.
А один город, пусть и мегаполис, всё же скорее объединяет, нежели разделяет их. Страны, океаны и моря между ним и этим человеком – вот это нормальное расстояние, так Мацу чувствует себя стабильным, уравновешенным, а вот кварталы и улицы – это не преграда, не препятствие для его сердца и воображения, отравленных ядом запретного чувства. Будь проклят этот яд! Он всё еще в нём, он – несмотря на усилия Мацу – все еще течет вместе с кровью в жилах, всё еще травит и губит его…
- Принести вам что-нибудь, господин? – обратилась к нему бортпроводница, заметив, что он проснулся.
- Нет, благодарю, - покачал головой Мацу, хотя в горле у него пересохло и хотелось пить. – Сколько нам еще лететь?
- Меньше часа, господин, - улыбнулась она. - Может быть, всё-таки будете какой-нибудь напиток?
Мацу вздохнул, убирая упавшие на глаза пряди волос:
- Ну хорошо… Минералки со льдом и лимоном, пожалуйста.
- Сейчас принесу.
Мацу огляделся по сторонам, разыскивая знакомые лица.
В салоне первого класса кресла были шире и комфортабельней, чем в других отделениях, они располагались по одиночке в три ряда - снабженные удобными столиками и плазменными экранами телевизоров. Кресло Мацу было в среднем ряду, Бэтси мирно спала напротив у иллюминатора, натянув на глаза светонепроницаемую повязку. С другой стороны сидел господин Рю – на его носу красовались очки для чтения, а столик рядом был завален бумагами и журналами.
