Слушали они меня очень внимательно, временами переспрашивая и уточняя, но судя по всему, остались очень довольны моими действиями. Наконец меня отпустили, два пару дней на отдых и приведения в порядок. А мне было что делать, техника пока ещё та, так что необходимо было все проверить и подшаманить, тем более после выхода.
Когда капитан Прохоров вышел, генерал Костенко спросил присутствующих: — Ну и как вам капитан? Всё же не зря мы его оставили и дали ему определённую свободу действий.
— Так то оно так, Фёдор Яковлевич, но есть сигналы по капитану, его в мародёрке обвиняют и политработников запугивает, грозит за изменения его приказов чуть ли не лично расстрелять.
— Дмитрий Емельянович, не всё ли равно, какого цвета кошка, если она мышей ловит? Про мародёрку, то капитан берёт только оружие, боеприпасы и продовольствие. Деньги и драгоценности он сдал в дивизии Севастьянова начфину, сегодня привезли из дивизии. А вот что касается запугивания, знаете, а я частично с ним согласен, не след, когда политработники отменяют приказы командиров.
Зачастую это создаёт лишние проблемы.
— Значит Фёдор Яковлевич вы одобряете его действия?
— В основном да, по крайней мере он самый результативный командир, вы согласны Дмитрий Емельянович?
— Что есть, то есть, но всё же следует обратить на это особое внимание.
Разумеется, что я не знал про страсти вокруг своей персоны, меня больше волновало восполнение потерь, всё же хоть и немного, но я потерял своих людей, и теперь следовало по возможности восполнить эти потери.
А через день всё покатилось к псу под хвост, немцы опять прорвались, причём на флангах и мы очень быстро оказались в окружении.
Глава 12
Глава 12"
"Начав движение вечером, мы за ночь спокойно доехали до Тернополя и уже утром расположились на своём старом месте. Я с самого утра отправился в штаб армии, и именно там меня и застало известие, что немцы прорвались сразу в двух других местах и армия уже полуокружена. В штабе поднялась паника, а я продолжал спокойно сидеть в приёмной командующего армии, а что, мне как говорится не привыкать.
Подумаешь окружение, вон многие постоянно в них попадали и выходили, и я уже из одного окружения вышел, выйду и из этого. В любом случае я уже не сам по себе, необходимо доложить командованию о своём прибытии и дождаться новых приказов. В связи с паникой пришлось сидеть до обеда, хорошо, что я пред выходом основательно подкрепился, так что теперь просто дремал сидя на стуле в приёмной и откинувшись спиной на стену.
