Распланировав всё, я пока дал задание части бойцов достраивать землянки, пришлось им снова идти на лесозаготовки, так как принесённых брёвен хватало только на одну землянку, и это только на крышу, а я хотел построить основательно, с бревенчатым срубом вместо земляных стен. Не знаю, сколько тут пробуду, но думаю обустроенный лагерь пригодится если и не мне, то другим. Оставшиеся бойцы тем временем рыли вокруг лагеря окопы и огневые точки для пулемётов. С собой мы прихватили полтора десятка станковых Максимов, в обороне это самое то, а нам их не на своём горбу переть надо было, вот и погрузили их в прицепы.
На следующий день забрав остатки имущества, я полностью сосредоточился на обустройстве лагеря. За прошедшие несколько дней мы полностью отрыли траншеи и перекрыли брёвнами огневые точки для пулемётов, а также закончили начатые землянки. Было у нас и пополнение, как я и ожидал, это были окруженцы, два десятка человек, из которых двое оказались засланными казачками. Один в командирской форме, в звании капитана, прокололся он на скрепке, она оказалась блестящей, хотя его командирская книжка была потрёпанной на вид и выдана по дате два года тому назад.
Другой был красноармейцем, вот только по его словам он уже неделю блуждал по лесам, а от самого пахло немецким мылом, а форма как раз ни чем не пахла, хотя у нас уже через день начинала пахнуть дымком, ведь готовили мы на кострах. Оба после интенсивного допроса во всём сознались, причём капитан сначала упорствовал.
Бойцы вначале не понимали, почему я так уверен, что это немец, только когда он сломался и из подкладки его гимнастёрки появилась лента с надписью на немецком и штампом, бойцы убедились, что это враг. Красноармеец оказался нашим, но сразу сдавшимся в плен, в первый же день войны, обоих расстреляли, после чего тела зарыли, а то будут нас демаскировать. В общей сложности мой отряд пополнился на три десятка бойцов, и двух лейтенантов. Теперь у меня была почти сотня бойцов, которых я разделило на три взвода.
Разумеется всех новеньких переодели и экипировали полностью, после чего я решил, что теперь можно отправляться на дело. Один взвод остался под командованием одного из лейтенантов в лагере, а два других я взял с собой и моей целью были наши пленные. Надо было срочно увеличивать численность отряда, а то у меня пока неполная рота, а я хотел себе усиленный батальон.
9 июля 1941 года, окрестности Стрыя, Западная Украина.
