XVII. Де Брас

Если платят, а тот потом соврет, такого мэтр Перпонше выгоняет. А моим людям пара су за службу. Мэтр очень строг! Но справедлив!

Ну-ну, забавно, мой бывший слуга, который сам, как мне казалось, не всегда был чист на руку, придумал эффективный способ борьбы с недоимками. Замечательно! И пацанам работа. Все лучше, чем воровать.

— Проводи меня к мэтру Перпонше, — серьезным тоном попросил я, стараясь не рассмеяться.

Когда мы вошли во двор, ко мне дернулись было пара охранников, из новеньких, не знавших еще меня в лицо, но Тибо небрежно махнул рукой, мол, все хорошо, и те остались на своих местах.

Однако! Да паренька здесь очень даже уважают, причем взрослые опытные люди.

Сержант Пиверт увидел меня издали и по своей привычке замахал руками. Я кивнул в ответ. Он — молодец, все делает правильно. Надо премию выписать!

Моя комната ждала хозяина. Все тут было подготовлено к моему прибытию, когда бы оно ни произошло. Комната блестела чистотой, постель была свежезаправлена, огромное деревянное корыто ждало, пока его заполнят горячей водой, и Тибо уже отдал по дороге такое распоряжение, а на сундуке аккуратной горкой были сложены мои чистые вещи.

Воду натаскали быстро, и я с огромным удовольствием погрузился в эту импровизированную ванную. Надо бы уже устроить более удобную купальню. А лучше всего, поставить на территории сруб под русскую баньку. Или, как минимум, заменить корыто на мраморную ванну. Думаю, можно найти исполнителей на такой заказ. А там, глядишь, и при дворе в моду войдет, и придворные кавалеры и дамы перестанут вонять, как разнорабочие после тяжелого трудового дня.

В комнату ввалился румяный и довольный жизнью Перпонше, который, как и прежде, не погнушался сам вытереть меня полотенцем и помочь облачиться в чистые одежды.

Я одобрительно потрепал его по щеке, и Перпонше расплылся в улыбке.

— Ваша милость, мы все так соскучились!..

Я был растроган, потому что чувствовал искренность говорившего. Люди семнадцатого века ни в чем не отличались от людей века двадцать первого.

Они так же скрытны, хитры, злобны и коварны, и ничуть не кажутся простаками, как их часто рисуют в фильмах и книгах. Да, они не знают, что такое интернет, не умеют ездить на самокатах, не заказывают в кафе «Сойку латте» или зерна именно из Руанды, но это не делает их тупыми или ограниченными. Но во многих из них присутствует исконная лютая дремучесть, которую они впитали с молоком матери. Они суеверны и мнительны. Но при этом открыты душой, доверчивы и просты. И верны.