За его спиной (СИ)

А уж потом, когда они с другом Казом прибились к Хазару, старшаку, самому авторитетному парню в детдоме, вообще стороной обходили…

— Мальчик этот потом ушел в другую школу, не выдержал травли… А еще через год Марат решил, что я должна с ним встречаться…

— Это тебе сколько было? — перебил Бродяга.

По мнению Бродяги, про своих родителей знавшего только то, что они где-то имелись, дети, которые жили с родителями, были форменными счастливчиками, защищенными от всех жизненных невзгод. И первое, что сделал бы сам Бродяга, если б его , маленького, обижали другие дети, пришел бы и рассказал маме и папе.

Чтоб защитили. Наверно, об этом все мелкие детдомовские мечтали. И в окна смотрели с надеждой, что их родители просто заблудились и скоро найдутся. И завидовали тем, к кому, хоть и иногда, кто-то из родни приходил… А потом мелкие вырастали и прекращали верить в чудо.

И вот сейчас, глядя на нежную домашнюю Лялю, Бродяга недоумевал, что ей мешало просто стукануть на подонка отцу. Если бы его дочку в школе доставал какой-то урод, Бродяга без сомнений бы вырвал ему ноги и руки.

И тут вообще никакого значения бы не имело, какой у этого урода папаша и какие связи.

— Потому что… — она наклонила голову еще ниже, полыхнула краснотой по щекам опять, — стыдно… Он бы сказал, что я сама виновата… И запер бы дома, чтоб… Хвостом не трясла перед парнями…

— Это он так говорил?

— Да… Он считал, что если пристают, то девочка сама виновата… Одевается не так, смотрит не так, может, ведет себя распутно…

Бродяга ничего не сказал на это.

Ну, а что тут скажешь?

— Мама… Она болела уже тогда сильно… Если бы рассказала, она начала бы переживать, а ей нельзя было категорически…

Бродяга смотрел на девчонку, такую светлую, такую красивую, и думал, что зря он, наверно, завидовал в детдоме домашним детям. Наверно, очень страшно, когда ты вроде и с родными, а в то же время беззащитна… И нереально страшно осознавать, насколько одинока…

Особенно, когда маленькая совсем.

Бродяге в этом плане повезло: у него был дружок Каз, с которым они вместе появились в детдоме и, как-то сдружившись, вместе давали отпор всем вокруг.

А потом, через пару лет, они прибились к Хазару, и все стало гораздо веселее… Их было много, веселых, безбашенных, уверенных, что они, волчата, выгрызут свое зубами.

И у них, в принципе, все получилось…

Вот только жизнь — штука сложная… И за все в ней надо платить. В том числе, и за удачу.

— И как ты выкрутилась? — спросил он.