За его спиной (СИ)

А сбежишь, так еще что-нибудь устроят…

— Да что они могут устроить круче того, что уже сделали? — фыркнула подруга.

— Замуж выдать. За Марата. — Мрачно сказала я, и Аделька замолчала, ойкнув.

Замуж за такого, как Марат, она категорически не хотела.

— Но как же ты? — все не успокаивалась Аделька, явно чувствуя за собой вину.

Тут опять зафонил мужской голос, и я торопливо принялась прощаться:

— Все, отдыхай, Адель…

— Я еще позвоню, — хмуро ответила она и отключилась.

А я осталась сидеть на кровати и лихорадочно раздумывать, что же делать дальше.

Все эти два дня, прошедшие с того момента, как Бродяга разрешил мне остаться в его доме, я ждала вестей от Адельки. Почему-то была уверена, что она проявится, и тогда уже можно будет что-то решать.

Ну что же… Я оказалась права. Она проявилась.

И что теперь решать?

Бродяга смотрел на Лариску, отслеживал тонкие пальцы, ласково проходившиеся по спецовке, убирая несуществующие нитки, и думал о том, как от нее избавиться.

Странные мысли, раньше как-то в голову вообще не залетавшие, потому что ну какой нормальный мужик в здравом уме будет отказываться от бесплатного, ни к чему не обязывающего секса с вполне симпатичной ему женщиной?

Но теперь, когда в его доме, словно рыженький мурчащий котенок, обосновалась Ляля, сама идея привести туда же Лариску казалась кощунственной.

Дурацкой, прямо скажем.

Бродяга даже представлять себе это все не хотел.

А вот Лариска, похоже, очень даже неплохо представляла, судя по масляно блестевшим глазам и искушающей улыбке.

Опять со своим, похоже, поругалась, а они , когда лаются, могут неделями не разговаривать… И ни о каком сексе разговора нет, конечно же. А Лариска — баба горячая, ей надо.

Эти подробности Бродягу не особо занимали, просто после жаркой ночи Лариска была нереально словоохотливой. А он слушал. Уши-то есть, не заткнешь.

И вот сейчас Бродяга разрывался между желаниями плоти и мозга.

Секса у него не было давненько, еще до того, как Ляля на его жилплощади завелась, он про Лариску вспоминал же… Так что тело очень даже отзывалось на предложение.

Прямо так… Активно отзывалось.

А вот в башке… В башке прокручивались бешеными темпами дальнейшие варианты, среди которых не было ни одного, позволяющего и Лариску поиметь, и Лялю не рассекретить. Последнего Бродяга не желал ни за что на свете, а потому решение было очевидным.

Он вздохнул, с сожалением убрал ласковые пальчики со своей груди, отступил на шаг.