За его спиной (СИ)

Хотя… Это же правда!

Я плавилась от стыда и смущения, кожа горела в тех местах, где он касался, его запах, тяжелый, мужской, становился гуще, насыщенней, сводя с ума еще больше, и я не сразу поняла, что одежды на мне уже не осталось, и ладони, крупные, шершавые, скользили по голому телу!

Это было так остро, так дико, что я невольно потянулась закрыться, но мои пальцы поймали и аккуратно отвели в стороны, а груди,( голой, Всевышний, голой!) коснулись горячие сухие губы… Меня начало трясти такой сильной дрожью, что остановить не могла, только выгнулась почему-то, невольно подставляясь под неожиданную стыдную ласку, и застонала, задышала, мучительно кусая губы.

Почему-то звуки, которые вырывались из моей груди, казались пошлыми и неправильными… Я не должна… Я вообще не должна…

Но Бродяга не делал больно, совсем нет! Просто… Просто это было так ново и странно, что я не могла понять происходящего, не могла до конца осознать, что вот сейчас, именно в эту минуту, я лежу на диване, обнаженная, и взрослый, сильный опытный мужчина целует мою грудь… Каждую.

По очереди. Касается языком, что-то делает такое, отчего я вся горю, плавлюсь, умираю каждую секунду…

Я не открывала глаз, казалось, что никакая сила не заставила бы меня сейчас посмотреть на него, только тактильно ощущалось, что Бродяга тоже разделся… По крайней мере, мои слабые пальцы, все скользящие и скользящие по его плечам, не натыкались на одежду…

Тьма окружала нас, делая невозможное реальным, но только в моем воображении.

А реальность… Реальность была еще более волнующей, слишком волнующей, чтоб ее рассматривать…

Бродяга прошелся губами по животу, спускаясь ниже и ниже… И я вскрикнула, осознав, где он сейчас меня касается! И попыталась вырваться, сгорая от стыда и первобытного ужаса, что-то забормотала бессвязное, умоляющее, но Бродяга удержал, легко пресек мои попытки спастись, и что-то такое сделал, как-то так дотронулся губами, что я только пораженно замерла, запрокинув руки над головой в тщетной попытке освободиться и раскрыла слепые глаза, бессмысленно уставясь в темноту, навалившуюся на меня со всех сторон, окутавшую теплым безопасным коконом.

Именно темнота дала мне силы, дала ложное ощущение безопасности и помогла принять то, что делал со мной сейчас Бродяга.

Бесстыдно, жадно, так… по-животному… Я не могла ничего сделать, зафиксированная жесткими, опытными руками в нужном ему положении, только принимать все, что он хотел мне дать.