За его спиной

— Так вот кто тебя трахает… Дрянь… Как же я раньше-то… — он посмотрел на Бродягу, захрипел с ненавистью, — это ты, тварь, убил Марата!

Бродяга кивнул спокойно, никак больше не желая отвечать Аминову. Он не считал нужным с ним разговаривать.

А я посчитала нужным.

Сделала шаг, поддерживаемая заботливыми руками Бродяги, посмотрела на убийцу своего отца:

— Я знаю, что это вы убили папу, — звонко и четко сказала я, — и я видела это. И второго, того, кто был с вами, помню по голосу. И узнаю.

— Зря я с тобой церемонился, — ощерился Аминов, — надо было сразу после десятого класса, когда Марат тебя захотел, в дом забирать. Твой папаша был согласен.

— Вас посадят, — прервала я его, не желая слушать больше гадости, — надолго.

— Посмотрим… — усмехнулся он, — не думай, что тут все с рук сойдет. И Хазару тоже. Ему вообще никакого резона за чужую дырку шевелиться.

И столько было высокомерного перенебрежения в его голосе, что я поняла: Аминов не считает меня или Бродягу людьми, хоть сколько-нибудь достойными его внимания.

И сейчас, осознав, что я имею мало отношения в Хазарову, успокоился и уверился, что все решится в его пользу. В конце концов, в его мире не было вариантов, при которых стоило бы так жестоко мстить за женщину своего подчиненного, а значит, Хазарова ввели в заблуждение…

Бродяга позади меня напрягся и двинулся вперед, Каз, выругавшись, поспешно встал у него на пути, Аминов торжествующе улыбнулся, посмотрел за спину Бродяги… И неожиданно побледнел, да так, что, кажется, даже кровоподтеки на лице стали светлее.

А затем забормотал совсем другим голосом, униженным, просящим:

— Хазар… Хазар, она — твоя, что ли? И пацан? Хазар… Я не знал, Хазар…

Я повернулась и увидела, как из служебной двери выходит Хазар с Аней на руках. Рядом с ними взволнованно прыгал Ванька, и в этот момент только слепой и полный дурак не понял бы, что Хазар с Ванькой — близкая родня.

Аминов не был дураком.

И понял…

И вот теперь, судя по всему, испугался по-настоящему.

Потому что одно дело, когда Хазар впрягается за чужую женщину просто потому, что она — чья-то там жена. А другое — когда за своё…

Страшная его слава прочно летела далеко впереди него…

— Хазар! — заорал, не выдерживая, Аминов, — это ошибка! Ошибка! Давай договоримся!

Но Хазар прошел мимо, даже не задержавшись взглядом на недавнем партнере.

Он для него уже не существовал.