За горизонтом

— Она слабая ведьма, сэр маршал, — буркнул стоявший рядом с Валентом Ролт, самый способный из учеников Сарнака, служивших теперь в Замке Вампиров, — вон они с Кадором за руки держатся, так это для того, чтобы заклинание не потерялось…

— Заклинание? — Переспросил Валент, с трудом стряхивая охватившую его благодушную созерцательность. — Какое заклинание?

— Она от стрел злого короля прикрывает, — пояснил молодой маг, — они нам не доверяют, боятся предательской стрелы. Вот ведьма и сплела вокруг Кадора чары — ну, против стрел, значит.

И за руку его держит, чтобы заклинание не потерялось.

— Ах, так… А она сама прикрыта этими чарами?

— Ну-у, — Ролт замялся, — ну так, сэр, чуть-чуть… Почти не прикрыта.

— А, ну да, — догадался Валент, — она надеется, что в нее стрелять не будут… И все же храбрая особа!.. Ладно, послушаем, чего они от нас хотят… Да! Разыщите сэра Мертенка и пришлите его сюда!

С минуту маршал с подозрением глядел на мага, двигая тяжелой челюстью, заросшей темной щетиной.

Сэр Каногор пытался понять, что кроется за обычной непроницаемой маской спокойствия Велиуина. Этих двоих связывало многое — взаимное уважение, личная приязнь, участие в заговоре, совместно пролитая кровь. Накануне, когда невесть откуда во дворе Валлахала появился разъяренный Гимелиус, они дрались плечом к плечу — и юный маг, уже искалеченный палицей тролля, самоотверженно принял первый удар магии взбешенного Изумруда на себя, прикрыв дворян и солдат. А затем, когда два чародея — оба уже жестоко израненные и обессиленные — сошлись в последней неистовой схватке и Велиуин вдруг понял, что его уже ничто не спасет, не кто иной, как Каногор Эстакский ударом своего меча положил конец битве. Пренебрегая опасностью и обычным страхом перед могущественными чародеями, он, оставив перепуганного коня, обошел Гимелиуса сзади и нанес старику (почти четвертованному уже мечом Метриена, но все еще опасному) решающий удар… Да и потом, схватившись с наемниками канцлера Гвино, они вместе сделали свой выбор…

Но, невзирая на то, что они дрались рядом в бою, несмотря на взаимное уважение к уму и талантам партнера по затеянной ими опасной игре, заговорщики относились все же друг к другу с настороженностью и несколько напряженной предупредительностью… Взаимное недоверие усугублялось тем, что в их своеобразную «команду» теперь попал король Метриен I, человек недалекий и слабый духом.