Уж лучше мы будем вечно убирать дворы, чем вся Академия будет сплетничать Бог знает о чем. Даже представить страшно, что бы мне сказал Гарольд, если бы узнал, что я раздевалась перед другими мужчинами.
Пока ждали за дверью своей очереди, попытались провести время с пользой и придумать, как быть в нашей ситуации? Забирать форму с собой в комнату было запрещено, так что единственным вариантом, на мой взгляд, было приходить и переодеваться вместо завтрака. Беатрис, как мне показалось, со мной согласилась, хоть и с большой неохотой.
– Здравствуйте, девушки, – Кайзер с улыбкой поприветствовал двух в очередной раз опоздавших студенток. – Вы учиться вообще хотите? Если нет, не стесняйтесь, говорите. В любой момент могу отчислить и на работу устроить.
– Очень хотим, – потупив взгляд, ответила я.
– Тогда даже не знаю, – протянул он. – В таком случае, может, вы начнете вовремя на занятия приходить?
– Нам для этого нужна отдельная раздевалка, – выпалила Беатрис.
– Прошу прощения? – приподняв брови, переспросил декан.
Подруга повторила, очевидно, решив, что Александр Кайзер на самом деле не расслышал. Он же посмотрел на нас, как на… Ну, наверное, как на совершенно спятивших камикадзе, стоявших перед ним.
– Скажите, девушки, а как вы думаете, враг на поле боя будет покорно ждать, пока вы туфельки наденете и чулочки поправите?
Ответить на это мне было совершенно нечего, декан ведь был абсолютно прав.
– Но вы и одногруппники – не наши враги, – Беатрис же, к моему сожалению, опять нашла, что сказать.
– Так что могли бы и…
Подругу заставили замолчать выражения лиц ребят, вместо тренировки уставившихся на нас. Они, похоже, уже мысленно попрощались с единственными девушками в группе.
– Да, вы правы, – согласился Кайзер. – Тут врагов у вас нет. Что ж… Хотите, стало быть, переодеваться отдельно?
Внутреннее чутье подсказывало, что лучше было бы сейчас ответить отрицательно, но я не успела – Беатрис сразу же радостно закивала в ответ на предложение декана.
– Замечательно, – улыбнулся он. – В таком случае с завтрашнего дня вы обе будете приходить ко мне не к девяти утра, а к семи. Не сомневайтесь, в это время вам в раздевалке ни одна живая душа не помешает.
Еще несколько дней назад я бы от радости прыгала от того, что меня ожидают практически индивидуальные занятия с Александром Кайзером. Но сегодня мне стало по-настоящему страшно.
