– Странно выходит. В корзине с мисс Коллинс должны были быть Курт Алдер и Саймон Эмброуз… В курсе ведь, кто это такие? – поинтересовался Кайзер.
Мы с Беатрис молча кивнули. Кто же в Академии их не знал? Именно этих студентов больше всего опасался Рик. Два пятикурсника делили первые строчки рейтинга, и никто не сомневался, что первое место будет «разыграно» именно между ними.
– Эффектное сражение двух лучших студентов обязательно впечатлит Короля, вам так не кажется?
Естественно, впечатлит. Тем более, что они оказались в самой последней корзине, и, соответственно, будут выступать последними.
– Алдер и Эмброуз смогут в бою между собой показать все, на что способны. Им ведь незачем будет беспокоиться о своем втором сражении, которое пройдет с главным аутсайдером турнира. Уж простите, мисс Коллинс, но объективно вы – самая слабая студентка, подавшая заявку на участие в турнире.
– Хотите сказать, это не случайность? – спросила Беатрис. – Кто-то специально…
– Еще вчера, – кивнул декан. – Такие же колечки, как у вас, достали и наши фавориты.
Кайзер поменял шарик с надписью «Оливия Райнер» на тот, на котором горело мое имя.
– Согласитесь, будет справедливо, если компанию нашим обманщикам составит не мисс Райнер, а студентка, которая, как и они, хотела подтасовать результаты жеребьевки?
Пожалуй, это на самом деле было справедливо. Но лучше бы он меня сразу выгнал, а не заставлял позориться на глазах не только у всей Академии, но и у Короля.
Опустив головы, мы с подругой вышли из кабинета и вернулись в общежитие, где у самого входа нас ждал Гарольд.
– Получилось? – спросил он, бросившись нам навстречу. – Поменяли?
– Да как сказать… Беатрис будет в тройке с Риком, – грустно ответила ему.
Мой любимый улыбнулся, обнял меня и поцеловал в щеку.
– Я же говорил, что у вас все получится, – сказал он.
– Только вот мое имя теперь в корзине с Алдером и Эмброузом, – сообщила ему.
– Не понял? – любимый удивленно посмотрел на нас с подругой.
– Там был Кайзер, – пояснила Беатрис. – Он сказал, что так будет справедливо.
Подруга очень испугалась, когда увидела реакцию Гарольда, и сбежала в нашу спальню, оставив меня с ним наедине. Надо признаться, мне и самой стало очень страшно. Впервые в жизни я видела, чтобы мой жених так злился. Он раньше никогда не повышал на меня голос, а теперь кричал, что я полная дура и теперь точно не пройду отборочные.
На какую-то секунду я даже испугалась – мне показалось, что он с трудом удержался от того, чтобы меня ударить.
