Кроме этого, если будет официально доказана причастность Маркуса Райта, моя мама получит право требовать возврата всего, что она заплатила потерпевшим во время взрыва на шахте. Только вот следствие может длиться долго, а вопрос со свадьбой…
– Иди, – толкнула меня в бок Беатрис, явно подумавшая о том же. – Попробуй с Королем поговорить.
Отрицательно замотала головой. Вот уж точно не после увиденного.
– С ума сошла, – прошептала я так, чтобы услышала только подруга. – Он же и меня вот так, не моргнув глазом, прихлопнет, как только узнает, что я пытаюсь метку фальшивую подсунуть.
Которой, собственно, даже не видно.
– Нет, про метку не надо, – так же тихо сказала мне она. – Может без нее прокатит. Глазками там похлопай, поплачь, из-за этой же семейки твой отец погиб. В общем, попроси помочь. А вдруг?
В словах подруги был резон. Нет, конечно, Себастьяна Блэкхарта Кесарийского с трудом можно было назвать образцом добродетели, но в данный момент он явно был зол на Райтов.
В конце концов, в худшем случае пошлет меня куда подальше и все. Не накинет же он за это мне на шею удавку. Ну, наверное, не накинет?
Заметив, что я раздумываю, Беатрис закатила глаза, схватила меня за руку и потащила туда, куда не так давно ушли Король и Архимаг. Сопротивляться не стала, попытаться на самом деле стоило.
Судя по всему, тайник с коробкой находился в спальне Райтов. Уже подходили к комнате, откуда доносились голоса, но в коридоре нас с подругой догнал Гарольд, явно догадавшийся куда мы собрались.
– И что вы там забыли? – поинтересовался он. – Кто вам разрешал покидать гостиную?
– Прости, но это не твое дело, – ответила ему, постаравшись, чтобы голос звучал спокойно. – Отчитываться перед тобой никто не обязан."
"Гарольда так перекосило от злости, что можно было не сомневаться, будь мы наедине, он или закончил бы начатое в кабинете отца, или просто убил бы меня. Снова задалась вопросом, который мучал меня весь сегодняшний день – почему я только сейчас открыла глаза? Возможно, сейчас на парня так повлияло произошедшее в гостиной, однако…
– Однако ты – моя собственность! – заорал он.
– И будешь…
– Ничего она не будет, – прервала его Беатрис с ухмылкой. – У тебя в собственности больше ни девушки, ни дома, ни медяка в кармане, если ты забыл.
Гарольд схватил ее за плечи, впечатал в стену и истошно заорал. Даже вспоминать все оскорбления, что вылились из его рта, не хотелось.
