За миг до полуночи

Конечно, она хотела, чтобы я вышла замуж за Стаса, которого она…

– Так в чем же дело? – усмехнулся Монти. – Может, Стас согласиться признать, что это его ребенок? Раз он тебя так любит?

Ася отшатнулась. Потом пробормотала:

И, зажав ладонью рот, кинулась в ванную комнату. Когда она вернулась, Монти уже взял себя в руки.

– Если ты хочешь, я встречусь с твоей матерью, – сказал он.

– Я хотела пригласить тебя к нам, в загородный дом, но мама сказала, что пока не время. Сначала она поговорит с тобой, а потом аккуратно подготовит отца.

– Он что, министр, твой отец? – пробурчал Монти. – Что с ним надо обращаться, как с хрустальной вазой? Не дай бог, не поставит резолюцию, и нам всем перекроют кислород. Ладно. Где встретимся? Здесь?

– Мама не любит эту квартиру, – вздохнула Ася. – Она много лет работала в библиотеке, которая находится в соседнем дворе. Говорит, ей тяжело сюда приезжать, потому что здесь прошли лучшие годы ее жизни. Едва она переступает порог, как начинает плакать.

Монти представил себе слезливую библиотекаршу, глупую, толстую, назойливую, и невольно поморщился.

Отказаться от встречи? Бросить ее сейчас? Асю? В конце концов, это его ребенок. Он вдруг вспомнил, как почти двадцать пять лет назад одна жестокая женщина отдала его на руки старшей сестре роддома и забыла об этом напрочь. И вот что из всего этого вышло. Он должен быть уверен, что с его ребенком так не поступят. Эта история должна закончиться на нем.

– Хорошо, – кивнул Монти. – Где мы встретимся? В кафе?

…Асина мама предпочитала всем кухням русскую.

Встречу назначили в известном ресторане. Едва Монти вошел, его проводили в отдельный кабинет. Там уже сидела Ася и женщина, чье лицо показалось ему знакомым. «Дежа вю», – подумал он. – «Последнее время меня преследует навязчивая идея, что все это уже было». Монти пригладил волосы и с улыбкой сказал:

Женщина бросила на него испуганный взгляд. Или ему так показалось? Она быстро взяла себя в руки и попыталась улыбнуться. Монти сел.

– Это Матвей, – сказала Ася.

 – Мама, я тебе рассказывала.

– Какое редкое имя, – заметила ее мать. И представилась: – Людмила Федоровна.

Какое-то время Монти гадал: украшения, надетые на ней, это что? Бижутерия? Скорее всего. Слишком уж крупные камни в кулоне и перстнях. В таком случае, это вульгарно. А отдельный кабинет, это как? Он посмотрел на рыбок, плавающих в аквариуме. Все это было нереально. У Монти возникло смутное чувство, что он что-то напутал.

Он взял в руки меню.