За нейтральной полосой

– Тогда я лично обвиню его в пособничестве террористам и в гибели пятидесяти с лишним тысяч человек, если теракт все же произойдет, – жестко говорит Александр. – Звони своей Аленке, пусть сообщает данные...

Александра пожимает плечами и уходит. Восторга от настойчивости мужа откровенно не показывает. Она всегда бывает откровенно против любого принуждения. Возвращается через минуту с сумочкой в руках. Вытаскивает из сумочки простенькую записную книжку, даже без алфавита, долго листает, но нужный телефон все же находит.

– Мама еще на работе.

– А ты не знаешь, как твоему папе позвонить?

– Вообще или конкретно сейчас? – Судя по вопросу, мальчик умеет общаться со взрослыми на более взрослом уровне, чем общаются сами взрослые.

– Не поняла... – говорит Александра.

– Вообще ему позвонить можно в Кострому. Он там сейчас живет. Год назад перебрался. Но сейчас он уехал в Германию. Его пригласил профессор Родич для консультаций по вопросам древних славянских рукописей.

Мальчик сообразительный. Не имея повода сообщить о такой поездке в случае, если он просто даст костромской номер телефона, легко находит способ, как похвастать приглашением отца в Германию.

– Но он же художник? – удивленно говорит Александра. – При чем здесь рукописи?

– Не только художник... – мальчик отвечает серьезным взрослым тоном. – Папа как любитель давно занимается славянским алфавитом. И знает его лучше многих профессионалов.

– Это здорово! – Александра тоже сообразительная и находит нужный подход, чтобы расположить мальчика к себе. – Я поздравляю и тебя, и его. Значит, твоего папу признали. А где живет этот профессор Родич? В каком городе? – повторяет она вопрос, который шепчет муж.

– Спасибо тебе. Ты тоже будешь художником?

– Нет. Я буду славистом... Что сказать маме, кто звонил?

– Александра, их однокурсница. Пусть мне позвонит.

Она кладет трубку и смотрит на мужа с Таку. Таку задумчиво молчит.

– Последний звонок господина Кито зарегистрирован как раз из Дрездена... – говорит, наконец, Таку. – Позавчера. Это может быть как-то связано?

– Трудно сказать. Ожидать можно всего... Надо навести справки о профессоре Родиче. Я сейчас отправлю запрос.

Басаргин пересаживается в большое кресло, обычно занимаемое Доктором Смерть, и начинает отстукивать на клавиатуре запрос в Интерпол.

– Как скоро можно ждать ответа? – спрашивает Таку.