За нейтральной полосой

Ночь меняет внешний вид окружающей действительности, но спецназовцы привыкли переносить дневные ощущения в действительность ночную и потому без труда определяют место, где под их наблюдением резко пропадали из поля зрения бандиты.

– Мы ищем вход... – Команда полковника звучит конкретно, но предназначена она для одного Сохно. Вторая команда адресована Кордебалету. – Ты – разворачивай рацию. Заказывай транспорт для наших пленных и для пленных бандитов... Докладывай координаты той и другой пещеры... Медикаменты и еду для двенадцати пленников.

Расскажи про рицин. Кроме того... Сухой паек на неделю для нас...

– Пока не надо. Но пусть держат наготове группу...

Полковник передает Шурику свою карту с отметками, а сам, не теряя времени, устремляется за Сохно. Майор же идет уверенно. Он, в самом деле, хорошо ориентируется в пещерах, знает и ощущает главное – их принцип – и потому сразу выводит в нужное место, верно определив на склоне единственную точку, где может скрываться устье.

За камнем узкая щель. Протискиваться приходится боком или проползать.

Через шаг – поворот, расширение и металлическая дверь. Слабая, не бронированная и не засыпная... Дверная рама из металлического уголка заклинена между камней. Вбиты деревянные распорки. Для чего распорки? Значит, дверь к камням не крепится... Полковник переглядывается с Сохно. Майор долго прислушивается – не раздастся ли какой-то звук – и только потом светит фонарем в щели. Довольно кивает...

– Две распорки подрезать... – Он вытаскивает нож. – Дальше – хватит удара ногой.

..

Со двора Циремпила проводят в дом и сразу в комнату. Опять взяв под руки. Жестко и бесцеремонно. Только это уже совсем другие люди. Не чеченцы, или, как они себя называют, ичкерийцы. Эти больше похожи на арабов. Тех самых, настоящих, пустынных, которые представляются не в цивильных костюмах, а в бурнусах и верхом на верблюдах, и чаще с кремневым ружьем, чем с пистолетом в подмышечной кобуре.

Один из провожатых остается рядом, по-прежнему мертвой хваткой вцепившись в локоть Дашинимаева, второй осторожно стучит в дверь смежной, угловой комнаты.

Из-за двери доносится непонятная реплика. Провожатый осторожно открывает дверь и входит с поклоном. Кто-то там сидит, видимо, очень важный, если к нему относятся с нескрываемым почтением откровенные бандиты.

Провожатый выходит через минуту. На незнакомом гортанном языке говорит несколько фраз второму и тоже берет Циремпила за локоть. Его не ведут, а почти тащат куда-то вниз по лестнице.