— Не ешь это! — предупредила девочку, пожелавшую откусить от нечищенного апельсина. — Не бойся, я не собираюсь лишать тебя обеда, всего лишь хочу заменить его на что-то более питательное и полезное. Как насчет сдобной булочки и лимонада?
У малышки загорелись глаза.
— И-и-и!.. — восторженно пропищала она и захлопала в ладоши. А после прижалась к Тучке и потерлась об него щекой. — М-м-м…
Похоже, малышка не разговаривала, а ведь на вид ей было не меньше семи.
— М-р-р-р… — в ответ ласково выдал кот и принялся вылизывать малышке макушку шершавым розовым языком.
Похоже, это любовь с первого взгляда.
— Давай-ка подсажу, — проговорила я и помогла девочке взобраться на спину кота. — Так тебе будет удобнее путешествовать.
Восседая на широкой и мягкой спине Тучки, девочка, похоже, забыла даже о голоде. Но маленький животик напомнил об этом гулким урчанием.
— У-у-у… — пожаловалась она, глядя на меня умоляюще.
Я не забыла об обещании. Но для начала нашла булочника, использовавшего хорошую муку и приемлемые добавки.
Только после этого купила выбранный малышкой рогалик, сдобу и пышку с маком и изюмом. А еще огромный пряник, лимонад и леденец на палочке. Последнему девочка радовалась особенно, подпрыгивая на спине Тучки. Который, к слову, совершенно не возражал против подобного обращения.
— Не думала, что ты любишь детей, — сказала я котику задумчиво. — Или в этой девочке есть что-то особенное?
И правда: малышка была очень необычной.
Мы расположились за рынком возле полуразрушенного фонтана. Девочка ела, все еще восседая на коте.
А я рассматривала ее, не в силах понять, откуда она родом. Кожа слишком бледная для местного населения, да и волосы у здешних в основном темные. А взгляд такой умный, совсем не детский.
— Интересно, как тебя зовут, чудо светловолосое? — спросила я, не надеясь на ответ.
Но, к моему немалому удивлению, малышка подобрала ветку и нацарапала на песке вполне отчетливо: «Антия».
— Сколько же тебе лет?
Антия ненадолго задумалась, нахмурив светлый высокий лоб, а после начертила цифру семь.
А вот на вопрос о родителях и доме ничего не ответила, а в зеленых глазищах задрожали слезы. Обиженно поджав нижнюю губу, малышка уткнулась мне в грудь, доверчиво обняв тонкими, как прутики, ручонками.
— Прости, что спросила, — охнула я. — Не стоило этого делать.
Я гладила малышку по узкой спине, а Тучка успокаивающе касался ее лапой. Вскоре Антия успокоилась и вернулась к леденцу, облизывая его нарочито медленно и блаженно прикрывая при этом глаза.
