У любого другого такая усмешка вызвала бы потерю речи, а Штырь безмятежно продолжал:
– Широко шагаешь, Колян! Гляди, такие, как ты, плохо кончают. Если сами себе не сломают хребет, то в этом им обязательно помогут другие.
Колян неожиданно поднялся. – Хотя ты и приятный собеседник, Штырь, но, думаю, это наш последний с тобой разговор.
Не оборачиваясь, он направился к выходу.
Ножки стула громко царапнули пол – это Угрюмый запоздало поспешил следом за бригадиром.
– Разумеется, – отозвался Штырь, зловеще поджимая губы.
Недалеко от входа, за газетным киоском, Николая поджидала белая «Мазда». Не обращая внимания на телохранителей, предупредительно устремившихся ему навстречу, Колян стремительно пересек небольшую площадь, выложенную темно-зеленым диабазом, и распахнул дверцу.
– Поехали! – бросил он шоферу.
– А как же Угрюмый с Хорьком? – недоуменно глядя на шефа в зеркальце заднего вида, поинтересовался Валька Спиридонов.
– Ничего, на «шестерке» доберутся.
– Понял, – произнес Валька и, слегка притопив педаль газа, заставил машину рвануться с места.
Хорек с Угрюмым бросились вдогонку, но вскоре поняли бессмысленность своей затеи. Бригадир был не в духе.
«Мазда» уверенно лавировала в потоке транспорта. Дважды Колян мстительно сжимал челюсти, когда мощный бампер машины готов был вспороть полированные бока мчавшихся рядом автомобилей. На его лице даже отражалось разочарование, когда машинам чудом удавалось разминуться.
– Останови, – распорядился Николай.
Валька послушно крутанул руль вправо, едва не задев стремительно приближавшуюся «Волгу». В ответ на острый взгляд немолодого водителя он только презрительно скривил губы. Знал бы этот дед, какой пассажир сидит у него в салоне, тогда не зыркал бы так грозно.
– Здесь остановка запрещена, – запоздало предупредил Валька.
– Плевать! – отмахнулся Колян. – Забыл, как разговаривать с ментами? Сунул сто долларов в зубы – и пускай отваливают.
Колян хрустнул новенькой купюрой и бросил ее на переднее сиденье.
Валька Спиридонов осторожно взял ее двумя пальцами и сунул в карман брюк.
Минуты через две позади «Мазды» припарковалась красная «шестерка». Первым из нее вышел Хорек. Растерянный, слегка подавленный, он усиленно соображал, какой следующей неприятности следует ожидать от раздраженного шефа. Как бы скверно ни развернулись события в следующую минуту, самым разумным было молча переждать ярость Коляна.
