Радченко подумал, что напрасно их подозревал – под легким ситцевым платьем девушки вряд ли мог прятаться ТТ, да и парень, судя по горящему взгляду, очень далек от шпионских проблем. Просто скверик для молодежи стал чересчур многолюдным, и они направились искать местечко поукромнее.
– А ты слышал о законном с кликухой Варяг?
Николай повнимательнее присмотрелся к собеседнику. Перед ним, несомненно, сидел король. Он не ходил бестолково через все поле, а передвигался маленькими шажками, но именно такая стратегия способна загнать противника в угол и поставить ему мат.
– Разумеется, – как можно ровнее отозвался Радченко.
– Хочу тебе сказать, что это очень нехороший человек. Он сильно насолил мне и моим друзьям. Ты должен его убрать…
– Именно из-за этого мне нужно переться за несколько тысяч верст в Москву? – усмехнулся Колян."
"– Ты не совсем правильно меня понял, – голос Герасима Савельевича приобрел металлический оттенок. – Я тебе предлагаю нечто большее, чем банальное убийство. Ты получишь власть! С его устранением по всей России начнется самый настоящий разброд.
Всплывут на поверхность давние обиды. Законные начнут стрелять друг в друга. Ты же, между тем, будешь закрепляться в Москве, а это ключ ко всей России. Я не курьер, который передает чужие приказы, эта игра идет по моим правилам, и я хочу, чтобы ты их принял. Ты не можешь их не принять! Совсем не потому, что против тебя может сыграть очень сильная команда, а потому, что ты честолюбив и уже давно перестал умещаться в рамках своего региона.
Тебя непременно должно потянуть выше! Считай, что это твой шанс. A потом, не так легко устранить Варяга, как тебе могло показаться. Многие пытались с ним разделаться, но ничего не получилось. Мне думается, ты должен начать с его друзей. Выманить его из норы, чтобы он показался весь целиком, и только потом свести счеты с ним.
Герасим Савельевич пустил в ход домашнюю заготовку, которой трудно было что-либо противопоставить. Он любил играть по-крупному и очень редко разменивался пешками.
Интересная складывалась ситуация – на шахматной доске два короля, а они, как известно, в шахматах никогда не встречаются. Иное дело жизнь – сидят на узенькой лавочке главные фигуры и неторопливо беседуют.
– Хорошо. Я согласен.
Где-то поблизости должен быть Угрюмый. Наверняка он наблюдает за их милой беседой через мощнейшую оптику. Колян на мгновение осознал себя всемогущим. Такое же чувство испытывает энтомолог, когда усыпляет насекомое эфиром.
