Не оставьте отпечатков, а то и так наследили по всей Москве. Везде о нас только и говорят.
Кроме раздражения в голосе Коляна прозвучали и нотки гордости.
– Уходим без шума, не глядя по сторонам. Чтобы все было естественно, будто мы приходим сюда каждый день.
Подобных наставлений Николай мог бы не давать. Угрюмый вспомнил случай, когда они расстреляли в одной из московских бань пятерых авторитетов, потом выходили из здания гуськом, перебрасываясь шутками, словно из винного магазина.
Колян опрокинул шкаф, в котором грохнула посуда, пнул подвернувшийся на дороге стул – разгром был учинен.
Главное – не переборщить.
– К выходу, – поторопил Колян Хорька, который слегка отодвинул занавеску и бдительно посматривал вниз.
На низкой тумбочке, в стеклянной неглубокой вазе, лежало золотое колье с крупными рубинами. Бросив взгляд на удалявшегося Коляна, Угрюмый быстро сгреб колье и сунул в карман. Вещичка была знатная. Сегодня Федор отбывал на родину и прямо из аэропорта намеревался заглянуть к женушке Коляна.
Можно было не сомневаться, Надежда обрадуется такому подарку.
Глава 42. ПАРЕНЬ, ТЫ ПРОПАЛ!
Время для отлета было выбрано не самое подходящее. Просторные залы были до отказа забиты отъезжающими, а туман, упавший на взлетное поле еще два дня назад, и не думал рассеиваться, плотной вязкой ватой облепив диспетчерскую и здание аэровокзала. В воздухе витало раздражение. Многие, устав ждать и надеяться, спали в креслах
Колян, раскинувшись в кресле, грубовато наставлял Угрюмого:
– Вставишь всем, кто меня начал забывать.
Слава Богу, тайга у нас не маленькая, в ней кого угодно можно похоронить. Отберешь «быков» покрепче и погонишь сюда полным ходом. У меня такое ощущение, что нас стали потихонечку вычислять, так что нам придется прикрываться этими ребятишками, которых ты доставишь.
– Их быстро уберут.
– Тогда привезешь еще, – Николай невесело усмехнулся. – Мальчикам хочется романтики, приключений, стрельбы – пообещай им, что всего этого они получат в избытке.
Дашь им подъемные, пусть расскажут своим телкам, что стали гангстерами. Бабы обычно пищат от таких заявлений.
Федор почти не слушал Коляна и думал не о новобранцах, которых придется загружать в самолет и везти в Москву, а о стройных ножках Надежды. Однако он умело делал вид, будто не пропускает ни одного слова босса: заинтересованно кивал и вставлял словечки типа «само собой», «разумеется», «сделаю все, как надо».
