За руку с ветром

Было видно, что ей не хочется выдавать информацию врагу.

– А потом он не приезжал? – боялась девушка, что пропустила «Выфер».

– Приезжал, – переглянулись старушки-лавочницы. – Вон там, мимо магазина. Во двор тридцать пятого дома завернул. Там и ищи.

– Спасибо, – поблагодарила их Таня.

– Парень, что ли, твой? – спросила та, у которой был платок на плечах. Ее подруга стала сверлить девушку внимательным взглядом.

– Парень, – насмешливо отвечала Татьяна. Пусть бабки думают, что хотят, она перед ними не собирается отчитываться.

– Жениха нашла? – крайне неодобрительно посмотрела на нее бабка с кульком и смачно сплюнула шелуху.

– Жениха, – легкая насмешливая улыбка тронула тонкие губы девушки. Вот вредные бабки, какое им дело? – Свадьба скоро.

– Да ты что? – Две пары глаз с новым интересом уставились на девушку. – Когда?

– В августе, – лениво ответила Татьяна.

И девушка быстрым шагом направилась во двор тридцать пятого дома, надеясь застать мотоцикл объекта ее обожания там. Если он действительно угнан, она поможет Смерчу найти свой любимый личный транспорт.

А если он и вправду одолжил его какому-то другу, она сможет познакомиться с ним и, кто знает, вдруг это поможет ее общению со Смерчинским? Таня давно решила, что нужно использовать все шансы. Лучше знать, что ты сделал все, что мог, хотя пусть ничего и не получилось, нежели думать об упущенных возможностях. Кто не рискует, тот не пьет шампанское!

– Погодь, Петровна, так на мотоцикле же Лешкин сын проезжал, из восемьдесят второй, – вспомнила пожилая женщина, закутанная в расписной платок.

 – Как его… Виталик.

– А-а-а, этот, что ли? Точно, Васильевна, точно. Ничего себе Виталик! – возмутилась ее подруга, поняв, о ком та говорит. – Когда уже он Виталиком-то перестал быть? Десять лет назад? Вымахал два метра ростом, в плечах две сажени косые."

"– Ладный парень, – мелким дребезжащим смехом захихикала вторая старушка, плотнее кутаясь в свой платок. – С мозгами только не дружит. Волосы, как у бабы, до спины. Косынкой повязаны с черепушкой.

Борода. Куртки, металлом обвешанные, хоть снимай и в металлолом сдавай. И со своим мотоциклом все волохается, как дурачок. Валентина Павловна рассказывала, что он с такими же мужиками на мотоциклах по городу ездит ночами. Говорит, они – буйкеры.

– Байкеры, Петровна, – поправила подругу вторая бабушка, хищным взором оглядывая двор. Татьяна спешила к тридцать пятому дому, только пятки сверкали. – Это молодежная культура такая, когда мотоцикл дороже отца родного.