За руку с ветром

– Вот и хорошо, – с одобрением проговорил Смерчинский, глядя мне в лицо – мы могли разглядеть каждую ресницу, каждую морщинку друг у друга. И эта близость была незнакомой, но волнующей. – Молодец. Не плачь больше. Может быть, это мне плакать надо.

– Тебе-то зачем? – с подозрением поглядела я на него.

– Может быть, я мечтал быть музыкантом, как этот твой Кей.

– Он не мой, он народный, – мигом возразила я. – И не мечтал ты стать музыкантом!

– Ты права, Чип, не музыкантом я мечтал стать, – сознался Денис, щурясь на солнце.

Почему-то тут, над рекой, оно было куда ярче, чем в городе, и теперь, даря водной спокойной глади дорожку из сверкающих искр, оно медленно, неспешно приближалось к горизонту, оставаясь все таким же горячим и ласковым.

– А кем? Политиком? Бизнесменом? Актером? – стала перечислять я популярные профессии.

– О-о-о, я такой немодный, мой милый Бурундучок. Не этими профессиями хотел овладеть.

– Переводчик? Спортсмен? Баскетболист, точно! – он мотал головой, слушая мои предположения.

 – Хакер! Журналист, нет?

– Ты перечисляешь профессии, а я говорил про мечты, – мягко оборвал меня парень. – Хотя в детстве я хотел быть космонавтом.

– И правда, немодно, – рассмеялась я. – А я хотела быть водителем грузовика. У Федьки был крутой игрушечный грузовик, и он мне его не давал. Я мечтала вырасти и купить себе настоящий грузовик.

– Какая ты. Я буду знать, что подарить тебе однажды на День рождения.

– Спасибо, не надо. Так что у тебя за мечта? Кем ты хочешь быть? – Я потерлась о его плечо щекой.

То, как хорошо мне было рядом с этим человеком, я не могла описать словами.

– Счастливым человеком, Маша, – озадачил меня ответом Дэн, а я не замечала, как постепенно успокаиваюсь.

– Не идеальным, а счастливым?

Он так странно глянул на меня, что я поняла правильный ответ – и тем, и другим. Только счастливый и идеальный не совместимы друг с другом. И мне казалось, что он сейчас почти понимает это.

А после он продолжил свой рассказ:

– Совсем случайно ночью я придумал маленький план с фестивалем.

Подумал, если твой любимый певец попросит за меня и споет тебе песню, то твое сердце немного растает. И твой Димка отодвинется на задний план, и ты объяснишь мне, чем я заслужил твою неприязнь. – Тут он хитро сощурился. – И я очень хотел, чтобы ты по мне соскучилась. Очень-очень. И простила.

– Поэтому ты не подавал о себе никаких вестей? – догадалась я. Вот же манипулятор! Знает, как надавить получше и куда.

– Может быть.