За тобой

Что за мужики? Стоит почувствовать свою власть, укрепиться на какой-нибудь должности повыше — и всё, им всем поголовно кажется, что жизнь начинается вращаться вокруг них.

— Дико извиняюсь за опоздание. Заехал домой на обед, а сын решил мне укоротить шнурки на туфлях. На всех туфлях. Можешь себе представить?

Это она могла. У самой подрастал такой же хулиган. И, может, потому всё её недавнее раздражение растворилось в воздухе.

— Всё нормально. Рада встрече.

— А я как рад! Надеюсь, ты не стеснялась и уже заказала поесть?

— Заказать-то я заказала…

— А теперь что? Боишься, я испорчу тебе аппетит? — Первый широко улыбнулся, сел напротив и, в нарушение всяких этикетов, опёрся локтями о стол.

Мускулы на руках напряглись и гораздо отчётливее проступили под рубашкой. Красивый он все-таки мужик… Богданов. Вот только Бэллу он никогда не трогал. Ни тогда, когда был свободен, ни теперь, когда прочно женат.

— Даже мысли такой не было. Ты же мне обещал… не портить.

Как вы понимаете, бизнес, которым занималась Бэлла, не мог существовать без высоких покровителей. И у Бэллы они, конечно же, были. Ей это гарантировало безопасность. А профит прикрывающих Бэллу людей заключался в обилии информации, которая потоками стекалась к её девочкам от клиентов, а по запросу передавалась куда следует. Схема была до того хорошо отлажена, что выйти из неё было практически не реально. Но Бэлле это удалось. Во многом не без помощи Родиона-старшего.

И того же Первого. Как ни крути, а президентский зять мог провернуть и не такое.

— И я держу обещание.

— Тогда к чему приурочена наша встреча?

— К работе. Но не той, о которой ты могла бы подумать. Мне нужна твоя консультация. Как профессионала.

Белла, пригубившая как раз кофе, закашлялась.

— Мне же не надо тебе напоминать, в какой конкретно сфере я… кхм… специализировалась? — сухо поинтересовалась она, промокая уголки губ белоснежной льняной салфеткой.

— Склероз до меня пока не добрался.

— Даже не знаю, радоваться или огорчаться по этому поводу.

— Да уж. Некоторые моменты я был бы не прочь забыть.

По Демьяну было непонятно, шутит он или говорит всерьез. Бэлла мало что знала о его работе, но могла догадаться, что любого спеца, связанного с разведкой, а тем более — уровня Богданова, специальным образом обучали скрывать свои чувства. Отсюда и результат. Который, впрочем, не смог Бэллу обмануть.