За точкой невозврата. Полдень битвы

Независимо от того, что говорят политики, мысль о том, что им придется воевать на все деньги с Россией или Китаем, приводит американских генералов в оторопь.

– Все так, – сказал Сергей Лавров, – но все равно как-то неуютно. Вместо того, чтобы удаляться от пропасти, мы сами бежим ей навстречу.

– Сейчас об этом рано говорить вслух, – сказал Николай Патрушев, – но американская тактика непрерывного провоцирования конфронтации не оставляет нам другого выбора, кроме окончательного сноса остатков мира по-американски, ибо нельзя каждый день жить на вулкане.

Когда мы с этим покончим, на нашей планете должен появиться мир равноправных регионов, в котором больше никто и никому не будет диктовать свою волю. При этом отдельно хочется высказаться по поводу территории к западу от бывших границ Российской империи и Советского Союза. Владимир Владимирович как-то выразил надежду, что однажды Европа освободится от американского диктата и обретет истинный суверенитет.

– Да, Николай Платонович, – с некоторым раздражением подтвердил Путин, – что-то такое я говорил.

А в чем, собственно, дело?

– А в том, что Европа как субъект была едина и суверенна всего три раза за свою историю, – сказал Патрушев. – Первый раз – во времена Карла Великого, второй раз – во времена Наполеона, третий раз – во времена Гитлера. И каждый раз, объединившись, эта территория обращалась к идее натиска на Восток. Во времена Карла Великого России еще не существовало, а вот политические карьеры Наполеона и Гитлера закончились после того, как эти деятели, имея за спиной всю европейскую мощь, решили сходить в завоевательные походы против нашей страны.

И даже в те моменты, когда ее единство было мнимым, во времена Парижского и Берлинского трактатов, Европа стремилась ограничить и унизить Россию, диктуя ей условия после поражений и отбирая плоды побед. Даже если нынешний европейский политикум, начисто вытоптанный американцами, стряхнет с себя путы подчинения Вашингтону, вектор экспансии обновленного Евросоюза в обязательном порядке тоже будет нацелен на нас. Да и сейчас европейцы попрут на нас войной не только потому, что их толкают в спину американцы, но и добровольно, из желания самоутвердиться и отмстить за былые обиды.

– Да, Николай Платонович, – хмыкнул президент, – прогноз мрачный донельзя и весьма похожий на истину… Европейцы исторически всегда видели в России лишь средство достижения своих целей. И едва общий противник был побежден, как вчерашний союзник России превращался в ее врага.