Джузеппе клонило в сон, чтобы отвлечься, он стал вспоминать свое общение с Абдельджаффаром, к которому тоже попал с подачи руководителя «Волков пустыни». Тот жил на окраине Каира в густонаселенном трущобном районе, в обычной большой арабской семье: сыновья, много женщин, дети, внуки, непонятно где члены семьи, а где соседи… Было шумно, пахло жареным луком, главного сына Жоржео дома не было, и о нем никто не упоминал… Абдельджаффар уже после третьего приема стимулятора жизненных сил почувствовал себя гораздо лучше и удостоил знаменитого итальянского целителя беседой за кальяном с душистой пряной травой…"
"И вот они сидят вокруг костра и ждут рассвета… Все выглядело совершенно спокойно, но Али вдруг сделал быстрое движение и схватил подползающую к огню крупную пустынную кобру.
Он с удовольствием ел змей и поэтому был всегда доволен, когда удавалось поймать такой крупный, больше метра, экземпляр. Неторопливо разделывая добычу, он привычно поглядывал по сторонам, блики костра играли на его неподвижном, будто каменном лице с узкими усиками и небольшой окладистой бородкой.
Потом жир, шипя, капал в огонь, вызывая вспышки пламени, запах жареного мяса пропитал холодный утренний воздух, как будто готовился обычный кебаб из баранины.
– Хочешь, Джузеппе? – предложил Али, когда блюдо было готово.
– Спасибо, я не голоден, – сказал Джузеппе, скрывая гримасу отвращения. Они с Али были разными людьми и по привычкам, и по поведению, но телохранитель не делал из этого проблемы. Он задал вопрос, получил ответ, кивнул и разделил трапезу со своими людьми.
Время тянулось медленно. Солнцепоклонники должны были появиться на восходе. Развалины храма Солнца, в котором они устраивали свои ритуалы, находились неподалеку. Хотя ночевать в них не рекомендовалось.
– Это может вызвать недовольство, – пояснил Али. – Однажды им что-то не понравилось, и они ушли. Без всяких объяснений. Если не считать объяснениями три трупа испанских путешественников, которые рассчитывали принять участие в экзотическом обряде.
Что ж, можно считать, что им это удалось…
Али криво улыбнулся. Неизвестно, шутил он или говорил всерьез. Но можно было с уверенностью сказать, что за этот прискорбный эпизод он вряд ли принял вину на себя. Как, впрочем, и всегда…
На рассвете, когда темная пустынная ночь начала сереть, раздались посторонние звуки – стук копыт и ржание лошадей. Это прибывали солнцепоклонники. Переговорив с кем-то из них, Али повел Джузеппе и Альтотаса к развалинам храма.
