– Я не дам больше водить себя за нос! Я хочу получить оставшуюся сумму немедленно!
Чувство тревоги прогнало остатки сна.
– Успокойтесь! – сказал Джузеппе. – Кто вы, и что вам от меня нужно?
– Как это, кто?! – немного сбавив пыл, ответил незнакомец. – Я владелец этого дома! И пока не выплатите мне оставшуюся часть, я им продолжаю оставаться по договору. Смотрите, я ведь могу и передумать!
– А, вы сеньор Манчини?! – вспомнил Джузеппе фамилию, указанную в ордере.
– Именно так, Жакоб Манчини! И я хочу получить свои деньги немедленно! Или освобождайте помещение!
– Так это не ко мне, а к Альтотасу! Вы же с ним заключали договор.
Его дверь…
– Я знаю, где его дверь! – перебил Манчини. – Зачем мне его дверь, если он уехал?! Лючия видела, как он уезжал с вещами. Он сказал ей, что вы отдадите оставшуюся сумму. Имейте в виду, задаток останется мне, если не заплатите!
Джузеппе всё понял. Сказать, что он удивился – значило ничего не сказать! Такого наглого мошенничества от человека, которого знает уже несколько лет, он не ожидал.
Вот что делает оскорбленное самолюбие и жадность! Очевидно, недавний учитель решил таким образом восполнить недополученные на Мальте заработки…
– Хорошо! – сказал он. – Зачем кричать?! Я сейчас же выпишу вам вексель!
– На всю сумму полностью? – недоверчиво уточнил Манчини.
– На всю, кроме уже вами полученной!
– Пишите!
– Сначала покажите документы! Договор, расписку…
Манчини похлопал себя по карманам.
– Дьявол! Хорошо, я сейчас принесу документы. Готовьте пока вексель!
Он развернулся и вышел.
Джузеппе закрыл за ним дверь и вернулся в спальню. Лоренца ещё нежилась в постели.
– Кто там так кричал? – спросила она, потягиваясь и обнажив из-под простыни упругую грудь.
– Собирайся! – приказал Джузеппе. – Быстро! У нас мало времени.
Вещей у них было немного, а собираться Лоренца, оказывается, умела так же быстро, как и Грация. Через четверть часа все трое уже выехали из дома, который вместо дохода принес только убытки. На несколько дней они остановились в гостинице на окраине, а потом двинулись дальше.
* * *Лоренца в одиночестве стояла на палубе, глядя на Верхнефлорендский маяк. Из-за тумана была видна лишь его верхняя треть, словно парящая над белым облаком, а фонарь светился, как глаз великана. Паруса были убраны, матросы уже заняли свои места в готовности к швартовке, а Джузеппе всё ещё не было. Он ушёл в каюту мисс Элизы Вилсон как только начали пересекать Ла-Манш – та сделала вид, что у неё морская болезнь.
