За все надо платить

Если же нет, если упираться начнет, тогда…

– У нас в последнее время идут постоянные накладки, – осторожно начал Арсен, не сводя глаз с Расулова. – Похоже, где-то мы ослабили контроль. Где-то у нас идет прорыв. Или в людях, или в информации. Ты сам как думаешь?

– О каких накладках идет речь? – нахмурился Натик. – Я ничего не знаю.

– Недавно люди, которых ты подбирал для наружного наблюдения, пропустили важную встречу объекта. И не только пропустили, но и не признались в этом вовремя, обманули нас, выдав ложную информацию.

Это никуда не годится, Натик. Как такие люди могли оказаться в наших рядах? Кто их нанимал?

– Я выясню, кто их нанимал, – пообещал Расулов. – Но я говорю тебе, Арсен: этого не может быть. Они не могли пропустить передвижения объекта и не могли солгать. Я в это не верю.

– И тем не менее это факт, – вздохнул Арсен. – Я сам не поверил, когда узнал.

– Может быть, тебя обманули? – рискнул предположить Расулов.

Бровки Арсена, редкие и седенькие, взлетели вверх.

"

"– Кто? Кто и зачем мог это сделать?

– Тоже верно, – согласился Натик. – Некому и незачем тебя обманывать. Какие еще проколы были?

– Те, кого ты набираешь в группу устрашения, тоже оставляют желать много лучшего. Они считают себя такими умными и опытными, что позволяют себе действовать без команды. Не спорю, действуют они вполне грамотно, у меня в этом плане претензий нет. Но без команды! А кому, как не тебе, Натик, знать, как опасен в нашем деле человек, позволяющий себе действовать без команды.

Он одним фактом своего существования ставит под угрозу весь наш механизм.

– Что конкретно сделали эти люди?

– Один раз они имитировали покушение на кражу, разрезали сумку у нашего объекта. Объект испугался, что едва не лишился денег и служебного удостоверения. Конечно, испуг был нам на руку. Но самовольные действия! В другой раз твои люди залезли в квартиру объекта и сделали так, что объект об этом узнал. Тоже грамотно, но ведь их никто не посылал.

Натик, мне больно говорить об этом, но похоже, что с годами ты утратил чутье, ты перестал руководить своим аппаратом. Может быть, ты устал? Может быть, ты нуждаешься в отдыхе?

Расулов помолчал, покрутил в пальцах малахитовые четки, с которыми никогда не расставался.

– Я ценю твою заботу о моем здоровье, Арсен, – наконец произнес он, – и ценю твою деликатность. Ты прав, мне пора на покой. Приводи того, кто меня заменит, я передам ему все дела.