– И я его в наши дела не впутываю. Как братва решит, так и будет...
– Нет, с люберами нам проблемы не нужны. Одно дело – свой бизнес защищать, и совсем другое – за чужой подписываться.
– Я тебя понял, Кит.
Семен и сам понимал, что связываться с люберецкой братвой очень опасно, поэтому настаивать не стал. Но Усыгину все-таки позвонил.
* * *Центр научно-технического творчества размещался в молодежном клубе. Микрорайон новый, и здание клуба построили совсем недавно. Здание в современном стиле, с залом для дискотеки, кружки здесь всякие, библиотека.
Но в хозрасчетный центр был свой, отдельный вход, возле него и ждал Семена худенький с зализанными волосами паренек. Очки в тонкой металлической оправе, белая рубашка с галстуком, на груди комсомольский значок. Брючки наглажены, штиблеты начищены, сам сияет, как новенький юбилейный рубль.
Правда, радуется он зря. Семен приехал сюда только для того, чтобы посмотреть, как устроен этот загадочный центр и стоит ли он того, чтобы люберецкие рвали за него жилы.
– Олег! – бодро подал руку комсомолец.
Семен какое-то время глядел на нее, как будто высматривал грязь под ногтями, только затем нехотя пожал ее.
– Сэм.
– Алекс звонил, сказал, что ты можешь помочь.
– Алекс? – хмыкнул Семен. – Это Усыгин который? Он же против этих буржуазных имен.
– Кто, Алекс? Да он просто любит морочить голову. Буржуазная мораль, происки капитализма, светлое социалистическое будущее, да? – засмеялся Олег.
– Что-то вроде того.
– Это он пыль так в глаза пускает.
А на самом деле он свой парень.
– Да я это уже понял... Что тут у вас за бизнес?
– Да какой там бизнес! – махнул рукой Олег. – Ты сам посмотри.
По широкому светлому коридору они подошли к двери, за которой открылось помещение, где за длинным столом сидели молодые люди. Амперметры, осциллографы, прочая измерительная техника, о назначении которой Семен мог только догадываться. Транзисторы, резисторы, плата. Канифольный дым коромыслом.
– Обычное творчество молодежи, – сказал он. – Транзисторные приемники собираем, которым в базарный день рубль цена.
– И что, из-за этого люберецкие наехали?
– Нет, конечно.
Олег открыл следующую дверь, и Семен увидел комнату, заваленную тканью в тюках: кожа здесь в рулонах, резина в листах. И еще здесь был с десяток пятидесятилитровых бидонов, из которых в магазинах разливают молоко и сметану.
– Кстати, если джинса́ нужна, обращайтесь. Качество хорошее, только без выварки.
– Ну, с вываркой у нас своя технология.
