За всё надо платить

И если кричит, то понимают ли они, что означают эти слова, Или она настолько профессиональна, что кричит по-немецки? Воспоминание о близости с ней оказалось неожиданно приятным. А он-то думал, что Катя затмила ему все… Видно, в последние месяцы ненависть к матери так иссушила его, что душа настоятельно требовала ласки, тепла, любви, пусть и не настоящей, а только суррогата, как иссушенная зноем земля просит живительной влаги.

Чужих в городке не было совсем, кроме тех, кто работал на нефтеразработках и приезжал за покупками.

Таких было, конечно, много, и на улице Николай в глаза никому не бросался. Но он оказался чуть ли не единственным приезжим, который здесь жил. Для хозяев он скроил легенду о том, что пишет книгу о нефтяниках и специально уехал подальше в азиатскую глушь, чтобы спокойно поработать. Неграмотные старики в легенде, конечно, не сомневались, но все равно Саприн чувствовал себя здесь неуютно, он был слишком чужим, чтобы остаться незамеченным. Спасало только то, что сюда, в богатый нефтью регион, периодически приезжали представители разных фирм типа «Интернефти», и поэтому появление хорошо одетых людей европейской внешности никого не удивляло.

Несмотря на достаточно спокойное и бесхлопотное существование, Николай ощущал себя запертым в клетку. Ему хотелось скорее вырваться отсюда, получить свои деньги и отправить сестре. У него болела душа за Иру. Ему хотелось увидеть Катю. И, как ни странно, чем сильнее он переживал из-за этих двух женщин, тем меньше ему хотелось убивать Тамару.

Ведь Тамара, в сущности, не сделала ему лично ничего плохого. Более того, в том, что она стала нежелательным свидетелем, виноват был в первую очередь жадный Дусик. Вот кто давно под пулю просится. Дусик, который заставил его убить доверчивую глупышку-неудачницу Веронику Штайнек. Дусик, который купил Катю и крепко держит ее своими волосатыми лапами. Дусик…

Время шло, и чем дальше, тем больше крепло в Николае Саприне убеждение, что, пока еще не поздно, нужно придумать, как избавиться от Дусика, при этом заработать такие нужные для сестры деньги и сохранить жизнь Тамаре.

Пока еще не поздно… Пока Дусик-Шоринов не дал команду убить Коченову.

Никогда еще Виктор Тришкан не видел своего шефа Арсена таким злым. Обычно старик прекрасно владел собой, и о его истинном настроении мог догадываться только тот, кто давно и хорошо его знал.

— Как ты можешь это объяснить? — сквозь зубы цедил Арсен.