За всё надо платить

Он был в длинном дождевике с капюшоном, и дождь ему был не страшен.

— Останови, пожалуйста, — попросила Вероника. — Я скажу ему буквально два слова, и поедем в Вену.

Лилиана остановила машину, блаженно потянулась и закурила, выпуская дым в открытую дверь. Вероника выскочила из машины, держа в одной руке папку с отобранными Первушиным материалами, а в другой — раскрытый зонтик.

— Привет! — взбудораженно сказала она. — Ты меня напугал этим несуществующим кафе. Я уж подумала, что неправильно поняла тебя.

— Да я и сам испугался, — ответил Николай, забирая у нее папку.

 — Потом сообразил, что рано или поздно ты все равно по этой дороге проедешь, и решил ждать.

Он открыл дверь джипа и протянул руку с папкой внутрь.

— Проверь, пожалуйста, — сказал он кому-то, кого Вероника не видела.

Она попыталась заглянуть внутрь, но Первушин быстро захлопнул дверь, а через тонированные стекла Вероника ничего разглядеть не смогла.

— Ты опоздала, — произнес он как-то равнодушно, без упрека и без раздражения.

— У меня машина не завелась, — стала оправдываться Вероника.

 — Представь, время — седьмой час утра, суббота, проливной дождь, ни одной живой души кругом. Хорошо, Лилиана в это время ехала, она меня подвезет до Вены, а там я возьму такси.

Она ожидала, что сейчас Николай удивится, почему она не хочет ехать с ним при такой ситуации, и уже начала придумывать аргументы, которые должны будут убедить его в том, что ей просто необходимо доехать до Вены с Лилианой Кнепке, но он ничего не спросил, принял ее информацию к сведению и все.

— А кто там у тебя? — спросила она, не сумев справиться с любопытством.

— Помощник, — коротко ответил Николай. — Ты же не думаешь, что я оставлю миллион долларов в машине без надежной охраны.

— А-а, — понимающе протянула Вероника.

В этот момент стекло с их стороны опустилось и женский голос сказал:

— Триста двенадцать страниц. Порядок?

— Порядок, — откликнулся Первушин.

«Ничего себе помощник, — с обидой подумала Вероника. — Баба какая-то. А я-то, дура, надеялась, что вечер мы проведем вместе.

Зря старалась. Он обо мне и думать забыл. Вот сукин сын!»

— Я могу взглянуть на деньги? — спросила Вероника металлическим голосом, всем своим видом показывая, что ни о каком доверии между ними и речи быть не может.

Он распахнул заднюю дверь и взял лежащий на сиденье кейс.

Он послушно открыл замки, и внутри Вероника не увидела ничего, кроме множества каких-то документов.

— Я не поняла, — медленно сказала она. — Мы же договаривались о наличных.