За всё надо платить

Но она так не скажет, уж очень у нее спокойное и улыбчивое лицо, таких лиц не бывает у женщин, только что похоронивших своего ребенка.

Наконец из прихожей послышались голоса уходящих учеников. Хлопнула дверь, хозяйка появилась в кухне.

— Перерыв между группами полчаса, надо быстренько съесть что-нибудь, а то свалюсь в голодный обморок, — заявила она, с молниеносной быстротой вытаскивая из духовки сковороду, а из холодильника продукты. — Вы составите мне компанию?

— Благодарю вас, я не голоден. А вот чаю выпью с удовольствием, если дадите.

— Дам, отчего ж не дать хорошему человеку, — весело ответила она и тут же расхохоталась над невольно сказанной двусмысленностью.

— Какие у вас сроки? — спросила она, когда на сковороде многообещающе зашипело что-то ароматное.

— Какие сроки? — удивился Саприн.

— Ну, за границу, куда же еще. Вы же для этого хотите язык учить, а не для того, чтобы читать Гейне в оригинале, верно?

Саприн сообразил, что Алла Валентиновна принимает его за очередного ученика, который перед отъездом за рубеж хочет быстренько «наблатыкаться» в разговорном немецком.

— Алла Валентиновна, я ищу Тамару. Вы не знаете, где она?

— В командировке, — удивленно ответила Коченова. — А вы кто?

— Как вам сказать… — Саприн сделал вид, что смутился. — Ну, если называть вещи своими именами, то любовник и, по-видимому, неудачливый. Но я надеюсь, что все еще можно поправить.

— Тамара, кажется, ничего о вас не рассказывала, — задумчиво произнесла Алла Валентиновна, выкладывая кусочки тушеных овощей из сковороды в тарелку.

 — Еще раз предлагаю: поедите со мной? Это очень вкусно, честное слово.

— Спасибо большое, не обращайте на меня внимания, я лучше чаю.

— Ну как хотите. И давно вы знакомы с моей дочерью?

— Нет, всего пару месяцев. Видите ли, я знаю, что она уехала в Австрию на несколько дней, но она должна была вернуться в субботу вечером, так она сама мне сказала. Начиная с вечера субботы я каждые полчаса звоню ей домой, но никто не отвечает. Вот я и подумал, что она меня бросила, решила больше со мной не встречаться.

Прячется от меня, ждет, когда я перестану названивать ей. Может быть, у нее роман с тем человеком, с которым она уехала, они вернулись и находятся сейчас у нее в квартире. Поймите, Алла Валентиновна, я далек от мысли изображать из себя Отелло, хватать в руки нож и нестись сломя голову разбираться с Тамарой и ее новым увлечением. Ни в коем случае. Но я хочу ясности, я хочу определенности.