Забавы ради...

Соколов молчал, понимая, что перебивать девчонку не нужно. Она сама должна сказать именно те слова, которые он мечтал услышать.

— Принцесса любит своего бандита, — добавила Забава.

Полик ласково улыбнулся, погладил свою Забаву по щеке, снимая набежавшую слезинку.

— Знаешь, ради тебя я могу свернуть горы, — признался Поликарп.

— Мне хватит и сказки, — так же тихо шепнула Забава, оставляя ласковый поцелуй на поглаживающих ее щеку пальцах, — Главное, чтобы не кончалась наша сказка.

И уже засыпая, Забава услышала твердый и уверенный шепот любимого:

— С ними все будет хорошо.

Глава двенадцатая притирательная и ревность проявлятельная

…

А вдруг ты перестанешь

Совсем ревновать!

Оставишь, отстанешь,

Скажешь: наплевать!

Рухнут стены крепости, -

Зови не зови, -

Станет меньше ревности

И меньше любви…

Этим всем замотан,

У страха в плену, -

Я говорю: ""Чего там…

Ладно уж…Ревнуй…""

Р.Рождественский «Ревность»

— Боже, я ужасно голодная! — рассмеялась Ленка, неожиданно подойдя к сидящему за столиком Черепанову сзади и обнимая того за шею.

Парень, приехав в «Барин» раньше девушки, успел сделать заказ и выпить чашку ароматного чая в обществе друга.

— Сейчас уже принесут горячее, — улыбнулся Гера, повернув голову и глядя на свою девчонку, — Привет.

— Скучала жутко, — широко улыбнулась Соколова и потерлась носом о нос Геры.

Извернувшись, Гера перетянул свою Елену-Прекрасную к себе на колени и жарко поцеловал прямо в губы, показывая без слов, что и он сильно соскучился по любимой принцессе.

— Здравствуй, Василий! — копируя Ленкин голос, произнес сидящий за этим же столиком Бася, — Здравствуй, Елена-Прекрасная! — уже обычным, низким и растягивая гласные, — Как твои дела, друг сердешный? — вновь имитируя тонкий голосок, — Зашибись, только никто не завидует!

В ответ на такую беседу по ролям Ленка заливисто расхохоталась.

— Он завидует, — «сдал» Гера друга.

— Васенька, что-то мне подсказывает, совсем скоро наступят и в твоей холостяцкой жизни веселые деньки, — смеялась Елена, на минутку оторвавшись от Черепанова.

— Да упаси Бог! — махнул обеими руками парень, — Ладно, у меня стрелка. А вам приятого аппетита! И вы разлепились бы уже. Смотреть тошно на ваши счастливые морды. То есть я имел в виду, Леночка, на твое милое личико мне никогда не надоест смотреть. А вот эту довольную харю я бы лет сто не видел.

— Грех завидовать лучшему другу, — заметила Ленка с улыбкой.