Забег на невидимые дистанции. Том 1

Ему ли не знать, как ведут себя заинтересованные женщины? Сравнить с поведением Нины и сделать выводы труда не составляло. Возможно, дело было в неприятных ассоциациях, которыми пропиталось за первые несколько встреч все связанное с этим человеком. Или дело в том, что она видела его насквозь?

Что же касается вкусов Нины… Всего раз она видела комиссара полиции, когда офицер оформлял ее под надзор и обязан был показать начальнику ради соблюдения прописанных формальностей.

Клиффорд мало говорил о вышестоящих, словно их для него не существовало.

А может, так оно и было. Но, судя по манере общения между ними, а Лоуренс держал себя крайне свободно, можно было сделать вывод, что его отношения с начальником регламентируются чем-то еще помимо рабочей субординации.

Заметив девочку в своем кабинете и выслушав от офицера причину ее появления, Лиотта лишь лениво кивнул. Видно было, что мысли его заняты более насущными вещами, а программа социального надзора, как и попавший под нее подросток, на данный момент не занимают оперативную память мозга.

Он задумчиво попросил Клиффорда зайти через полчаса. Вид у него был отрешенный, но Лоуренса это не беспокоило.

Джеффри Лиотта был брюнетом с седеющей щетиной, тонкими, почти отсутствующими губами и благородными залысинами. Высокий и дородный, даже немного грузный, он раскинулся в своем кресле, словно царь зверей, изучал документы, погрузившись в них хищным носом, и курил, прищуриваясь время от времени и выпуская клубы сизого дыма.

Форма у него была болотного цвета, как и глаза.

В восприятии Нины комиссар полиции Мидлбери выглядел так, будто термин «мужественность» обрел тело и личность. Все в нем было усредненно-мужским, даже стереотипно мужским – от роста бровей на выступающих надбровных дугах до размера ладоней и волос на руках. И почему-то эта подчеркнутая маскулинность в каждой черте странно трогала животные струны, которые девочка в себе презирала.

Увидев Лиотту, она впервые в жизни ощутила осознанное влечение.

На несколько секунд ее снизу вверх обдало горячей волной, докатившей даже до кончиков ушей. Волосы на висках приподнялись, колени осыпало мурашками, словно песком. И стало жарко, как после бега.

В туалете чуть позже она увидела прозрачную слизь там, где ее раньше никогда не было, и поначалу удивилась. Когда она задумалась, для чего (или вернее спросить для кого) здесь это взялось, лежащий на поверхности ответ пробрал ее с новой силой и заставил раскраснеться.