Забери мою душу

- И что вы мне предлагаете? Ходить за ней по пятам?

- Зачем? Поселишься в моем доме, возьмёшь управление домом и финансами в свои руки. Насколько мне известно, ты развелся и состоишь в довольно специфичном клубе в качестве мастера.

- Не понимаю, о чем вы, - всматриваюсь старику в глаза. Все-то он знает. Только в наш век такая информация уже никого не скомпрометирует, а наоборот - привлечет больше внимания. Мы живём во времена, где правят разврат и перенасыщенность. Понятия ценностей изменились.

- Все ты понимаешь, - хрипло усмехается старик.

- Я же не осуждаю. У каждого свои темные стороны. Но такие, как ты, могут воспитать женщину и удержать ее на коротком поводке. - Усмехаюсь, склоняя голову набок, разминая шею. Меня начинает утомлять эта беседа.

- Вы плохо осведомлены, основная догма темы - добровольность. Да и у меня есть, кого держать на поводке. И не думаю, что вам понравятся мои практики, примененные на вашей внучке.

- А меня уже ничем не напугаешь, Доронин. Все это лучше того саморазрушения, которому себя подвергает Элечка.

- Наркотики?

- Надеюсь, нет, но не уверен…

Милохин вынимает из стола фото и протягивает его мне. Блондинка, волосы длинные, немного небрежные, но это часть стиля плохой девочки; губы бордовые, дерзкие, замерли в агрессивной улыбке. Фото - по пояс, похоже на селфи, грудь обтянута черным топом. Красивая, эстетичная. Неплохие формы. И глаза выразительные, васильковые, цепляющие, немного завораживают. Сразу видно, что за ширмой «я стерва» скрывается что-то глубокое.

Можно вытащить все из нее, заставить морально обнажиться. Но… не хочу. Незачем… неинтересно. Я надеваю поводок только на тех, кто понимает правила игры.

- Привлекательная девушка, - отдаю фото старику.

- Я бы дал тебе время подумать, да нет его у меня. Я, может, из Израиля и не вернусь. Там бог ближе, заберёт меня.

- Ну не преувеличивайте.

- Лечение экспериментальное. Я знаю о рисках.

- Все будет хорошо.

- На жалость не беру. Прошу по-человечески.

Но в долгу не останусь. Даже если отдам богу душу раньше времени, то ты все равно сядешь на мое место.

Выдыхаю, перевожу взгляд на окно. Думаю. Я не люблю быть кому-то обязанным, но старика Милохина жалко. Накуролесил он с семьёй в молодости, теперь хочет откупиться через внучку. Только здоровья не хватает. Не думал мужик в свое время о старости и «стакане воды». Состояние заработал, власть получил, а оказалось, за деньги самое ценное не купишь.