Забери мою жизнь

Очень уж внезапно проснулись отцовские чувства в человеке, которому дочь была не нужна в течение восемнадцати лет. И мне не верилось, что всплеск пробудившейся магии Лети, будто компас, указал на нее. Никогда прежде я о таком не слышал.

Я невесело усмехнулся: едва ли я могу надеяться на свою память и на свои знания. Во-первых, я слишком молод, а во-вторых, ничего не помню.

«Но зачем ему еще может понадобиться Летиция? Она его единственная дочь, продолжательница рода. Понятно, что он хочет познакомиться с ней поближе», – успокаивал я себя перед отъездом.

"Однако подозрения вспыхнули с новой силой, когда вечером после торжественного ужина ко мне подошел Тим. Я и не знал, что наш знакомый первокурсник-целитель принадлежит к высшему сословию. Он этим никогда не кичился, никогда не говорил, что он Ви’, а тут вдруг выяснилось, что он младший сын графа Ви’Кора. Если бы сыном графа оказался Рум, то об этом в течение двух дней узнала бы вся академия, а Тим всегда вел себя очень скромно. Я бы и не догадался, если бы он сам не завел разговор.

– Нис, видел тебя и Лети на крыльце с бароном Ви’Ремом. Не знаю, что ему от вас нужно, но хочу предупредить: барон не слишком хороший человек. Отец… Мой отец, кстати, граф, но пусть тебя не смущает титул, здесь, в академии, мы равны. Так вот, отец при встрече не подал бы ему руки.

– Почему?

– Барон разбазарил свое немаленькое состояние, имение заложено и перезаложено. Хорошо, что наследников у него нет, иначе бы им достался разрушенный дом и клочок земли.

– Вот как…

– Да. К тому же ходят слухи, что он пользуется запретной магией, ставит опыты, которые не одобрил бы магический совет.

– Ведь он смог пройти за ворота, значит, не причислен к магам-отступникам.

– Я говорю – это слухи. Но не на пустом же месте они возникли?

Конечно, этот разговор не прибавил доверия к барону. Хотя сколько таких разорившихся аристократов! Азартные игры и выпивка до добра не доводят.

Летиции я не стал ничего говорить, зачем расстраивать ее зря. Но сам буду начеку!

– Подъезжаем, – сказал барон.

Лети проснулась и провела ладонью по лбу, стряхивая дрему. Так бы и любовался на нее. На нежные губы, на тень ресниц, на ее милое лицо, которое сейчас выглядело совсем беззащитным и юным. Как бы я хотел защитить ее от всей несправедливости мира. Смотреть на Летицию было куда приятнее, чем на голые деревья и покосившиеся домики.