Заберу тебя, девочка

Задираю голову, чтобы посмотреть на него.

— Я так понимаю, от допроса мне не отвертеться? — усмехается и целует в кончик носа.

Мои губы сами растягиваются в улыбке.

— Спрашивай, а то сейчас рванешь от распирающего тебя любопытства, — отвечает мягко.

— Та комната, — сглатываю, замечая, как его улыбка погасла. — Она чья?

— Сестры. Маши.

— Это про нее ты говорил тогда?

— Да.

— А молодой парень, что в рамке с черной лентой. Матвей, кажется.

— Брат. Матвей средний. Машка младшая.

Замолкает.

А мне становится неудобно и грустно, что заставила его вспомнить.

— Мат был упрямым. Хотел служить. Мать меня ругала, что подал пример брату. Что не мог выбрать профессию поспокойнее, не отговорил его. Вот и пошел за мной. Погиб три года назад. Машка полгода назад умерла от передозировки, — вдруг начал рассказывать.

— А родители где? Живы? Чей это дом?

— Это дом деда с бабкой. Их уж давно нет в живых. А родители живут в области.

Я перевариваю полученную информацию.

— Ты говорил про какую-то бабу Дусю, — припоминаю этот момент.

— Угу.

— Это кто?

— Бабка. Живет тут недалеко. За озером деревушка старая. С детства ее знаю. Она травница. Она тебя и вылечила. Я лишь просто был рядом, — его голос с каждым словом становится все тише и тише. И я понимаю, что он засыпает.

Поэтому устраиваюсь поудобнее у него под боком и, закинув на его бедро свою ногу, замираю.

— А собака чья? — спрашиваю, но ответа уже не слышу. Лишь его ровное дыхание у меня в волосах.

Как же хочется задержать этот момент и никуда не отпускать.

Глава 14

Рената

Эти несколько дней я была самой счастливой. Очень не хотелось это все заканчивать. Очень! Я уже и домой не хотела. Чувствую себя здесь так уютно, что и не могу представить себе что-то другое. А от того, что нам придется расстаться, становилось невыносимо больно в груди. Даже не зная его мыслей и планов, я до последнего себя убеждаю, что так думаю не только я, но и Макар.

— А что потом? — спрашиваю я за ужином.

Макар сидит напротив, ковыряет вилкой в тарелке. Хмурит брови. Он о чем-то думает.

— Ты о чем? — поднимает на меня взгляд.

Желваки играют. Не знаю, он злится?

— Когда все это закончится, — продолжаю. Знаю, что выгляжу дурой. Но я хочу знать. — Что потом?

— Тебя вернут домой, к родителям, — отвечает, снова уткнувшись в тарелку.