Заберу тебя, девочка

Леська же всматривается в меня и, чуть склонив голову на бок, говорит:

— Я так понимаю, тебе есть что нам рассказать, — чуть прищуривает глаза.

Леська сама проницательность. Разум и мегамозг. Так однажды мы ее прозвали с девочками.

А ведь она говорила про Эда… не нравился он ей с самого начала. И мы с ней даже раз чуть не разругались из-за этого.

Мы усаживаемся прямо на ковер у кровати. Мария Петровна, наша домработница, приносит нам закусочки и чай.

Первые минут десять мы просто молчим и пялимся друг на друга.

— Рена, выкладывай давай. Что все это было? — отставляет кружку в сторону и складывает руки на груди, выжидающе на меня смотрит.

— Девочки, — понижаю голос, оглядываясь на дверь. Катька понимает мой взгляд и, подскочив на ноги, бежит к двери, проворачивает замок и возвращается обратно, принимая ту же позу. Выжидает. — Я же могу вам все-все рассказать и быть уверенной, что это дальше нас не уйдет? — спрашиваю. Мне нужно их подтверждение. Хоть и не сомневаюсь в них.

— Я сейчас уйду, если ты подобное повторишь, — говорит Леся. — Ты же знаешь, что мы никогда никому ничего не выносим, — хмурится.

— Я не хотела вас обидеть, девочки. Просто это для меня очень-очень важно. Я никому не могу ничего рассказать. Никому.

— Все так плохо? — влезает Катя.

— Так плохо, что даже родителям не могу рассказать, понимаете?"

"— Ого, — присвистнула Катя. — Действительно плохо. Давай, не томи. Все по порядку. От и до. С момента как ты у нас из клуба исчезла.

— Ага, удиви нас, малышка, — проговорила Леся.

И я рассказала. Все. Ну, почти все. Кое-какие детали я упустила. Но всю целостность картины выдержала. И кажется, на это ушло около часа. Стоило мне перестать говорить, как повисает тишина.

— Я даже не знаю, что и сказать, — пробормотала Катя, зыркнув на Лесю.

Та нахмурила брови и будто что-то обдумывала.

— Я Леськины слова вспоминала не раз, когда узнала, что во всем замешан Эд. Виновата, что тогда чуть с тобой не разругались, — касаюсь руки подруги.

— Да брось, — натягивает улыбку.

— То есть, если я правильно поняла, ты ничего больше не знаешь. Никаких новостей? — говорит Катя.

— Да какие новости? Меня в больнице продержали сколько? — Леся качает головой. — Вот, — усмехаюсь невесело. — Ко мне никого не подпускают. Телефон вот только сегодня выдали. Я будто дома, но в то же время будто в тюрьме.

Я вспоминаю моменты, проведенные с Макаром. Глаза тут же увлажняются.

— Знаете, девочки, — смотрю на них.