-- Кожу имеет светлую, глаза карие, нос прямой, волос темный. Из особых примет – родинка за левым ухом…».
В кабинете наступила паузы, а я испуганно таращилась на мэтра, не слишком понимая, почему он уставился на меня.
-- Родинку предъявите, девица Рэйт, – скучным голосом сказал законник.
Лута толкнула меня в плечо, и я наконец-то начала соображать. Нагнулась к нему поближе и позволила заглянуть себе за ухо.
-- На месте родинка… И свидетели подтверждают… – он по очереди вопросительно глянул на старосту, мнущего в руках свою нелепую суконную шапку, и на кивающую, как китайский болванчик, Луту.
– Что ж, любезные, подождите за дверью, я велю писцу оформить документы.
-- Так точно и есть, господин-мэтр законник, – почтительно закивал Кловис. – Энтот самый тугумент нам и надобен.
– Ступайте.
Мы вышли на крыльцо, ожидая, пока нас позовут назад. В это время к дому, неуверенно оглядываясь, подошли двое молодых мужчин, придерживающих под локотки старуху. Однако Кловис так важно раскорячился на крыльце, явно не желая пропустить чужаков, что те робко остановились у первой ступеньки и также молча, как и мы, принялись ждать.
Глава 10
Ждать пришлось около получаса. Я даже успела слегка замерзнуть. Мужчины со своей бабулькой всё так же топтались, не рискуя скандалить с напыжившимся Кловисом. Наконец нас позвали в кабинет законника, староста снова содрал с немытой головы шапку и, часто кланяясь, заговорил:
-- От благодарствие вам, мэтр-господин законник! От спасибочки вам, от всей души: пожалели сироту убогую! Оно ж, значится, ни отца, ни матери… а я по доброте присматриваю…
Я заметила, как при этих словах мэтр Барди слегка поморщился и, прервав речь старосты легким движением руки, приказал:
-- Девица Рэйт, сюда подойдите.
Я протиснулась между застывшими Кловисом и Лутой, и законник протянул мне лист, с подозрением уточнив:
-- Зачитать надо?
-- Я буду благодарна, мэтр Барди, если вы прочитаете сами.
Все же моя речь была заметно грамотнее, чем у Кловиса и Луты.
Законник посмотрел на меня с некоторым интересом, но потом молча кивнул и развернул плотный лист. Бумаг оказалось две. Поменьше размером, заменяющая паспорт, та самая, где стояла моя дата рождения и перечислялись приметы. И вторая, гораздо большего размера, которая давал мне право «…беспрепятственно пользоваться наследством, долгами не обремененным…».
-- Все поняли, девица Рэйт?
Я кивнула и протянула руку одновременно с Кловисом.
