След от веревки на ее ножке постепенно затягивался и, к счастью, не загноился. Думаю, с возрастом даже шрама не останется.
Больше всего радовало, что за эти дни ни Увар, ни его мерзкий папаша у нас не появлялись. Правда, заходила тетка Лута, которая очень осторожно выспрашивала меня: правда ли, что я Увару отказала. Я ответила, что так и есть, и с трудом выпроводила возмущённую моей глупостью женщину. Она так переживала, как будто это ее бросил жених.
Кто б мог подумать, что именно Лута и принесёт мне после всех неудачных поисков хорошую новость.
Вернувшись из города, я только-только натаскала воды и поставила кипятиться в щелочи свою блузку, рубашонки Джейд и одежду Ирвина, как соседка, абсолютно бесцеремонно, не удосужившись даже поздороваться, заговорила со мной через забор, раздвинув две еле держащихся доски.
-- Эй, Элька! А правду ли сказывают, что ты в городе себе место ищешь?
-- Вот кто тебе сказал, у тех и спрашивай, – не слишком любезно буркнула я.
-- Дак, ежли ты там в какой трактир или на фабрику устроишься, с домом-то чё будет? – не сильно обеспокоенная моим недружелюбным тоном, продолжала расспрашивать Лута.
-- Продам, – я бросила перемешивать бельё и внимательно посмотрела на соседку. – Продам и стану жить в городе.
-- А за сколь продашь?
-- Твое какое дело?
-- А такое мое дело, что можа, у меня покупатель есть? – Лута с трудом протиснула в щель тело и встала напротив меня, гордо подбоченившись. – Чай, не просто так базлаю, а по делу я! Покойничек-то мой с городу был, так тамочки евоная родня осталась.
А сейчас брат его старшой овдовел. Да двое же ребятёнков у него. Дом-то отецкий за долги отымают. А он мужик работящий, несмотря что пьёт иногда. Так зато как выпьет, спать завалится, да и не слыхать его.
-- Дёшево я не продам. Изба справная, сама знаешь. И огород большой. – сухо ответила я, не слишком веря в покупательную способность какого-там городского обормота.
-- Он сёдни заходил, да не стал дожидаться: дела у него.
А только ты сильно-то цену не дери. У тебя на огороде, окромя двух кустов крыжовенных и нет ничего путнего. За что же тут больно-то платить?!
-- Знаешь, тётка Лута, вот как придёт твой покупатель, с ним и стану разговаривать. А сейчас ступай. Мне ещё детям ужин варить.
– Не больно-то ты заносись… тоже мне… наследница нашлась! Изба ремонту требует, на огороде ни яблоньки, ни вишенки, а все туда же – наследница!
-- Ступай, Лута, некогда мне.
