Мы шили сметанное платье с двух сторон сразу и ее шов был чуть не два раза длиннее моего. Все же швея из меня – так себе.
-- Даже и не знаю, кого тебе посоветовать. У Биргенсов дочка недавно замуж выскочила, у Гостов две дочки, но одной двенадцать весен а другой тринадцать да и обе сильно шалопутные. За ними еще за самим присмотр нужен, набаловала их мать… А ежли поденщицу нанимать – так боязно, среди них и пьющие есть и такие, что весь дом обшарят. За ними всегда присмотр нужен!"
"Я затихла, понимая, что превратить Ирвина в няньку при Джейд будет совершенно не правильно, а госпожа Ханна между тем, немного помолчав, продолжила говорить:
-- Я бы, пожалуй, и взялась за ними присматривать.
И денег бы много не запросила… только вот…
-- Что? – я с надеждой уставилась на соседку. Все ж эта женщина казалась очень благоразумной, адекватной и невольно вызывала у меня доверие хотя бы тем, что отнеслась к нам очень по-доброму и дала мне кучу бесценных советов по обустройству и хозяйству.
-- Я бы и взялась за ними присматривать, – вновь повторила госпожа Ханна – только ведь я малышку на горшок сама не посажу, да и выносить мне трудно будет. Опять же – бегать за ней не смогу.
-- Горшок и Ирвин сможет вынести. Просто негоже, чтоб он целым днями только ей и занимался. Я хочу начать его учить понемногу. Ну, самое простое для начала – буквы и цифры…
-- Такому и я смогу научить. Я большую часть жизни в гувернантках проработала, так что позаниматься с мальчиком я смогу.
Я даже глаза прикрыла от удовольствия, понимая, что судьба меня не обманула. Не зря мне так понравился этот двор, мощеный желтым кирпичом.
-- А сколько бы вы за день брали, госпожа Ханна?
-- Если пять медяков сможешь платить – то и договоримся. – соседка внимательно смотрела на меня, как бы опасаясь, не слишком ли она загнула цену.
Пять медяков была не такая уж и большая цена, но и не так чтоб совсем маленькая. Большой каравай хлеба стоил семь медяшек.
Обычная еда на день, на нас троих, если не добавлять яблоки и другие лакомства, обходилась в тринадцать-пятнадцать монет. При этом следует учесть, что мясо ели мы далеко не каждый день. Я молчала, пытаясь сообразить, потяну ли я такие расходы, а госпожа Ханна торопливо добавила:
-- Если тебе пять много, давай хотя бы три. Только тогда на детей еду свою приноси.
Я слегка растерялась: мне казалось, что моя еда для детей – это само собой разумеющееся.
