Забудь меня, Эй

Конечно, Саша понимала, что если захочет уйти, Роман никак не сможет ей помешать, но в том то все и дело, что ей не хотелось…

Дети за завтраком и не вспомнили о своем утреннем путешествии, тем более, что с утра отец оказался под боком, и это вызвало бурю счастья и радости. Саша спустилась в гараж, не глядя на Романа, хоть он поблагодарил за завтрак чуть ли не с десяток раз. Пожалуй, не станет она отдавать Уваровой свою Белоснежку, пускай та в другом месте себе заработает на внедорожник.

— Саша, не спеши, я первый, — напомнил Роман, забираясь за руль, но та лишь хмыкнула.

Достал уже изображать заботливость, командир, и все же послушно выехала следом. А уже на трассе зазвонил мобильник:

— Сашка, включи Люкс-ФМ, там для тебя песня, — голос Яланского звучал подозрительно серьезно. Включила и сморщила нос — терпеть не могла такие песни и эту группу, попса попсой. Но тут услышала то, из-за чего Роман ей позвонил:

«Может, ты его простишь…

К черту эту гордость, ты забудь про скромность, ведь в его объятьях все можно, все можно

К черту эту гордость, то любовь, то слезы, ну почему у женщин все сложно, так сложно?

А и правда, к черту… Сначала она барабанила пальцами по рулю в такт музыке, а потом мигнула поворотником и пошла на обгон.

Яланский не ожидал такого маневра, поэтому не успел перегородить путь, а теперь безуспешно пытался обогнать ее, беспрестанно сигналя.

Сто тридцать, сто сорок, сто пятьдесят… Она упрямо давила на газ.

«К черту эту гордость… Ведь в его объятьях все можно, все можно…»

Сто восемьдесят.

Роман сзади давил на клаксон, тот завывал сиреной, телефон звенел, не умолкая, кажется, Роман еще что-то кричал, высунувшись в окно.

Вдали показался населенный пункт, Сашка словно опомнилась и начала сбрасывать скорость, сирена сзади выла, не переставая.

Она его заметила издалека, крошечный беззащитный комочек, выбравшийся на трассу — наверняка кто-то занес в надежде, что проезжающие машины быстро избавят от ненужных хлопот. И Сашка, не задумываясь, вдавила педаль тормоза.

Шины немилосердно визжали и дрались об асфальт, в какой-то момент ей показалось, что задние колеса поднялись в воздух.

«Мамочки, я сейчас перевернусь…». Но машина устояла, зато Сашка сама качнулась и ударилась головой.

До отказа выжимая тормоз, она свернула на обочину, и даже когда машина полностью остановилась, продолжала давить на педаль. С таким же визгливым звуком на обочину въехал черный БМВ, распахнулась дверь, и перед ней предстал Яланский пепельно-серого цвета.