Забудь меня, Эй

Саша, — он провел по тыльной стороне ладони большим пальцем, — я не алкоголик. Вчера мне очень нужно было споить своего делового партнера…

 — А по итогу он споил вас, — Сашка поспешно встала, потому что слишком ненужные ощущения вызывали у нее эти прикосновения. Очень правильным было решение оставить Илюшу дома, и дело было вовсе не в Романе, дело было в ней самой.

 — Это вы его не видели, — криво улыбнулся Роман и закрыл глаза. И сразу уснул.

Когда Саша вернулась в детскую, оказалось, Илья тоже проснулся, тер глазки, и куксился.

Она сказала мальчику, что папа вернулся, но он болеет, они сейчас отведут Дашу в сад, зайдут в аптеку за лекарством, и папа выздоровеет. А что было делать, не оставлять же ребенка одного, Яланский наверняка продрыхнет до обеда.

Саша долго гуляла с Ильей на площадке, они прошлись в супермаркет, зашли в аптеку и вернулись домой уже к полудню, да и то потому, что мальчик трогательно переживал за больного отца и все порывался его поскорее вылечить. А Сашка снова поражалась, как можно было отказаться от такого чудесного мальчишки, и, положа руку на сердце, от такого мужа.

Одно из двух, или жена Романа глупая бессердечная женщина, или Яланский ей солгал. Интуиция подсказывала второе, Саша сняла Светлячка с качели, взяла пакет с покупками, и они направились к дому.

Лишь только они вошли в коридор, Илюша выпустил руку Саши и бросился в гостиную, где спал Роман. Когда Сашка вбежала за мальчиком, тот сидел верхом на отце и тряс его, насколько хватало силенок.

 — Папа, папа, вставай, я тебя буду лечить!

Роман привстал на локте сонный, взъерошенный, одной рукой стащил с себя сына и усадил рядом с собой.

 — Подожди, не кричи, зачем меня лечить, разве я больной?

 Но малыш его не слушал, а продолжал лепетать уже не совсем внятно, и тогда Саша призналась с раскаянием:

 — Это я виновата, Роман. Я сказала Илюшке, что вы больны, а то он все рвался к вам в комнату, мы купили в аптеке лекарство, поэтому он наверное решил, что с вами что-то серьезное…

 — Не говорите глупости, Саша, — поморщился тот, падая обратно и притягивая к себе сына, — вы тут при чем? Вы все правильно сказали.

Сынок, — он наклонил голову к притихшему малышу, — не переживай, со мной все хорошо, я сейчас поднимусь, и мы поедем домой. А вечером поиграем в дорогу, да? Ну, не кисни, никуда я не денусь, видишь, даже ночью пришел сюда, потому что ты здесь спал. Я же говорил, что всегда буду с тобой…

Мальчик кивнул, обхватил его за шею и уткнулся в плечо.