Забудь меня, Эй

Заглушив двигатель, Роман успел поймать ее за руку, пока она, не дожидаясь помощи, собралась выскочить из автомобиля. — Это он виноват, что ты на всех мужчин теперь смотришь исподлобья? Твой бывший?

— Я не собираюсь с тобой это обсуждать, — Сашка попробовала освободиться, но Роман держал крепко.

— Саша, ты должна знать, из-за таких как ты люди лишаются состояний, — и, не обращая внимание на ее конвульсивные попытки выдернуть руку, продолжил. — Ты угостишь меня кофе?

«В клубе кофе нужно было пить, там его хоть залейся».

 — Роман, — она села ровно, прекратив свои безрезультатные дергания, — я не хочу, чтобы ты поднимался, я тебе уже все объяснила.

 — У меня к тебе деловое предложение, и мне не хочется обсуждать его в машине. А насчет твоего отношения к моей персоне я все уяснил, не повторяйся, — ей показалось, или он раздражен?  — Саша, мне нужно с тобой поговорить, и это срочно.

 — Мы можем встретиться в понедельник…

 — Сколько ты зарабатываешь?  — не стал слушать ее блеянье Роман. Сашка запнулась.

 — Нормально зарабатываю.

 — Пять тысяч долларов в месяц плюс комиссионные по выполнению объема работы тебя устроит?

Сашка снова онемела. Пять тысяч долларов?... Можно было запросить десять, но для этого следовало как минимум обрести способность говорить. А голос у Сашки, судя по всему, пропал надолго, если не навсегда. Пять тысяч в месяц, мамочки мои! Зато у Яланского со связками явно полный порядок. — Именно это я и хочу с тобой обсудить, Саша. А приставать к женщине, которая меня не желает, я не собираюсь, я еще не выжил из ума и не вышел в тираж.

Он обошел вокруг машины и распахнул дверь перед окончательно переставшей что-то понимать Сашкой.

— Ну и? — Сашка едва удержалась, чтобы не припереть Яланского к стенке прямо в коридоре. Ей жутко не терпелось узнать, за что людям платятся такие сумасшедшие деньги. — Я тебя слушаю!

— Где твое гостеприимство, Саша? — усмехнулся Роман, проходя мимо нее в ванную, и принялся мыть руки. А он у нее неплохо освоился, будто у себя дома.

— Кофе и бутерброды, больше ничего нет.

— Пусть будут бутерброды.

Он над ней просто издевается! А может он пошутил? Не слишком удачная шутка как предлог завалиться к ней на кофе?

— Я правда голоден, Саша, — Роман будто ее мысли прочел, — и пока ты будешь делать бутерброды, я озвучу свое предложение.