Амплитуда небольшая, но зато мои мокрые трусики плотно трутся по его выпуклости.
Раз. Еще раз.
Немного влево.
Немного вправо.
Андрей пытается дотянуться до моей груди, но я прищелкиваю языком и медленно мотаю головой — смотреть, но не трогать. Он выдыхает сквозь плотно сжатые губы:
— Ты зараза, Динамщица. Просто… блин, зараза.
Но взгляд выдает его с головой — ему нравится.
Настолько, что он добровольно разбрасывает руки в стороны, лишь изредка поглаживая мои ноги кончиками больших пальцев.
Я немного ускоряю темп и сама жмурюсь от удовольствия, когда напряженный клитор изредка потирается о его член.
Даю себе немного расслабиться — подтягиваюсь ближе, крепче — Андрей выразительно шипит, — сжимаю пальцы на его коленях и трусь чуточку сильнее.
Между ногами приятно тянет.
Низ живота сводит от первых многообещающих судорог.
Тело покрывается мурашками, когда Андрей, пользуясь моментом, кладет ладони мне на бедра. Рывком подтягивает к себе. Запускает пальцы под трусики, сжимает ягодицы до моего громкого «Ох!» в ответ.
Улыбается нагло, довольно. Наслаждается моей реакцией на свои руки у меня на заднице.
Как будто я когда-то говорила, что мне это может не понравиться.
В отместку отпускаю его колено и медленно, наслаждаясь, провожу ладонью по своему животу и вверх.
Приподнимаю грудь.
Пропускаю сосок между пальцами.
Сжимаю его и немного оттягиваю, чувствуя сладкое давление между ног.
Андрей еле слышно ругается сквозь зубы.
— Поиграй с собой, — то ли приказ, то ли предложение.
— Только если поклянешься не убирать руки с того места, где они сейчас, — выдвигаю условие.
Хочется с ним играть.
Как мышке с очень ласковым котом.
Даже если в конце этот кот меня съест.
— Ничего не могу обещать наверняка, но…
— Обещай — и получишь все, что захочешь.
— Женщина, у тебя нет совести и даже сострадания — я не трахался два месяца! И твоя грудь… Она охеренная.
Когда-нибудь потом я обязательно расскажу ему, что я хочу, чтобы он сделал с моей грудью, но на сегодня у нас уже и так есть интересный сценарий.
— Я жду обещание, мужчина.
И чтобы подтолкнуть его сказать то, что я хочу, проталкиваю между его раскрытыми губами два пальца, и когда Андрей пробегает по ним кончиком языка — достаю чтобы провести ими по соску. От влаги он быстро напрягается, становится таким приятно твердым, что даже от легкого прикосновения мои ноги непроизвольно крепко стискивают бедра Андрея.
— Раньше ты не выглядела такой садисткой, — разочарованно стонет он.
