Проклятье!
— А так достаточно клево, Зай?! — Сильные пальцы забирают в пятерню мои волосы, вынуждая немного развернуть голову, чтобы он мог провести зубами по линии челюсти. — Как тебе такой расклад: ты вертишь задом — тебя жестко ебут? И больше никакой, блядь, ванильной хуйни!
— Пожалуйста… — О чем я прошу — кто бы мне самой сказал?
— Да-да, Зай, все, что попросишь.
Он просовывает под меня руку, кладет ее на живот и ниже, продавливает, чтобы я встала на носочки, как балерина. Фиксирует так, что не пошевелиться.
Я словно распята без цепей, и когда Бармаглот снова выходит, чтобы с оттяжкой вогнать член на этот раз по самые яйца, я хнычу от ощущения боли — приятной, сладкой, от которой, я знаю, завтра буду исполнять кавалеристскую походку.
И пошло оно все!
— Трахни меня, — стучу зубами от лихорадочного возбуждения.
— Не слышу, громче.
— Ты больной ублюдок, ты же все слышал!
— Недостаточно четко.
Громче, Зай.
Я мотаю головой, пытаюсь сама податься ему навстречу, но это бесполезно — я едва способна шевелиться, настолько вся под его контролем.
— Бармаглот, трахни меня уже, наконец!
Голос срывается на хриплый крик.
Он усмехается, наваливается на меня сверху.
И от следующих толчков меня выколачивает куда-то в пропасть.
Я растянута на нем так сильно, что кажется, разорвусь от промежности до пупка.
Мне больно и клёво.
Хочется, чтобы был еще глубже, и страшно, что его член просто на хрен продырявит мне живот.
Бармаглот кладет руки мне на бедра. Выпирающие тазовые косточки трещат от этой жесткой хватки, но мне так хорошо.
Боже, невыносимо хорошо, как будто только сейчас, спустя все эти месяцы, вспоминаю, что значит быть живой, чувствовать и хотеть чего-то большего, чем есть, пить и спать.
Он буквально натягивает меня на себя, и от этого я становись неприлично мокрой.
Влажные хлопки становятся все более частыми и грубыми.
Тяжелая мошонка колотится по моей промежности.
Мы словно образуем наше личное поле, внутри которого существует сила притяжения, толкающая нас друг к другу неумолимо и беспощадно.
Мозг окончательно заклинивает на острой волне удовольствия, когда мой здоровенный татуированный мужик хрипло стонет, кончая в меня. Я чувствую рваные толчки спермы внутри, когда наполняюсь ей так сильно, что внутренная поверхность бедер сразу становится мокрой.
Оргазм разрывает мое сознание.
Полностью.
